Мне это было не понятно, т.к. Ревин ещё раньше сказал мне, что для заключения торгового соглашения нет возможностей. Однако Бутенко продолжал эту тему, как будто не был в курсе дела. Для меня это было ещё одним признаком того, что они работали по линии различных разведывательных служб.

Следующее заседание общества металлургов, которое почтил своим присутствием Бутенко, состоялось 10 января 1966 года. Тема дискуссии была "Использование гидростатического давления для прессования материалов." Основной доклад сделал приехавший из Великобритании профессор Пью, который рассказал о последних достижениях по прессованию материалов в сложных формах.

После доклада, в течение которого я снова наблюдал как Бутенко старательно страницу за страницей делает заметки, он тронул меня за рукав пальто и предложил отойти в сторону, т.к., якобы, хотел меня о чем-то спросить. Он отвел меня в свободный угол зала и внимательно следил, чтобы никто не смог нас услышать. При этом вел себя настороженно и несколько нервозно.

– Джон, возможно, интересующее вас торговое соглашение стало бы более близким и реальным, если бы вы смогли встретиться с моим шефом в какой-либо другой стране. Он не может приехать сюда, но если бы вы смогли выехать куда-нибудь и встретиться с ним, я уверен, что это дало бы хорошие результаты. При этих словах акцент в его произношении стал настолько явно ощутимым, что я в какой-то момент подумал, что он совсем потеряет способность говорить на английском языке.

Я положил руку ему на плечо и мягко спросил: - Эта другая страна, случайно, не Советский Союз?

– Нет, - возразил Бутенко, - это совсем другое место и оно значительно ближе отсюда, чем моя страна. Вы бы смогли поговорить с моим шефом в приватной обстановке. И конечно мы бы возместили все ваши расходы. Вам бы это не стоило ни цента. Ну, как, поедете?

В моей голове уже лихорадочно роились мысли в поисках подходящего ответа. Они проносились по извилинам мозга быстрее, чем импульсы в компьютере.

– А если это билет в одну сторону и оттуда нет возврата?

Не связано ли все это каким-либо образом с ФБР ?

А может быть это начало чего-то большого?

Есть ли тут какая-то связь с Ревиным? Эту мысль я отверг сразу же, но продолжал размышлять о Ревине. Не пытался ли Бутенко переманить меня от Ревина?

Бутенко вновь начал задавать вопросы.
– Джон, вы поняли, что я вам предлагаю? Согласны ли вы встретиться с моим шефом в другой стране, если я всё должным образом устрою?

Я вышел из состояния задумчивости и ответил с дружеской улыбкой: "Владимир, если вы советуете мне встретиться с вашим шефом в каком-то другом месте потому, что это будет полезно для бизнеса, то я согласен туда поехать. Когда это произойдет?

– Я пока не знаю. Вначале мне нужно все это соответствующим образом подготовить. А через некоторое время я свяжусь с вами.

Заметив, что помещение пустеет, он, протянув мне руку, сказал: - Мне пора уже идти, но вскоре я свяжусь с вами. Не говорите никому об этом нашем разговоре, даже вашей жене. Это в интересах вашей же безопасности.

На следующее утро я рассказал об этом разговоре сотрудникам ФБР. Никаких комментариев с их стороны не последовало. Они только в изумлении смотрели друг на друга. Один из них произнес: - Джон, не известно, что они будут делать дальше. Это ситуация с течением времени становится все более сложной. Только одно можно сказать с полной уверенностью, что они, определенно, заинтересованы в вас. Да, сэр, они явно заинтересованы.

ГЛАВА Х

Конспиративные встречи

20 января 1966 года. Как и было заранее условлено, я ждал Ревина перед магазином А в городке Оксон Хилл в штате Мэриленд. И вновь я надеялся, что Ревин на этот раз принесет деньги. Как только он вручит мне доллары, я буду уже точно знать, что он действительно считает меня своим агентом. Я увидел его стоящим около входа в магазин. Он осматривал автомобильную парковку, вглядываясь в темноту слабо освещенной площадки. Было 7 часов вечера и площадка было плотно заставлена автомашинами.

Я медленно направился к нему, держась в тени здания. Приблизившись к нему на расстояние около десяти футов, я произнес: - Привет Вал.

На какое - то мгновенье он оказался в замешательстве, но, восстановив самообладание, нервно сказал: - Я беспокоился за тебя. Я знал, что ты уже должен был подъехать, но не видел тебя.

– Ну вот я и здесь и надеюсь, что ты принес, наконец, кое-что для меня ! Я вел себя так, как будто мое терпение в отношениях с ним подходит к концу. На руке у меня были новые часы марки Омега, которые он подарил мне, а в кармане пальто - пистолет 22 калибра на случай, если дело примет какой-нибудь нежелательный оборот. Ведь ФБР не может всегда быть в нужном месте. Мне необходимо быть наготове и действовать быстро, если Ревин или его коллеги решат, что я агент спецслужб США, а не остро нуждающийся в деньгах ученый, как они до этого предполагали. Я очень хорошо знал, что жизнь вроде моей для такой страны как Советский Союз не значит ничего.

Мы с Ревиным прошли к моей машине, не произнеся ни слова. Перед тем, как сесть в мой Кадиллак, Ревин бросил последний взгляд вокруг магазинной парковки.

Пока мы ехали кружным путем в сторону южной части штата Мэриленд, чтобы сбить с толку возможных преследователей, я сказал: - Вал, на следующей неделе я собираюсь в Санто Доминго, чтобы продолжить усилия по созданию на острове небольшого химического предприятия. Я все-таки считаю, что у этой страны имеются богатые потенциальные возможности.