— Бог ты мой, вы знаете, сколько времени! — воскликнула Мэгги, и все посмотрели на часы. Оказывается, они задержались почти на час. — Я с дочерью должна встретиться в метро. Я побежала, а то опоздаю.

Мэгги подхватила пальто и сумочку, и вдруг раздался громкий скрежет. Все повернулись к столу.

Стол, набирая скорость, ехал по полу. Он двигался точно по прямой, пока не врезался в дверь, загородив проход.

Все молчали. Казалось, никто не может поверить своим глазам и ждет, пока кто-то другой не подтвердит, что это было на самом деле. Наконец Сэм тихо сказал:

— Он не хочет, чтобы Мэгги уходила. Я прав, Адам?

Со стороны стола раздался ясный и твердый стук. Мэгги чуть слышно ахнула и прикрыла ладонью рот. Было заметно, что рука у нее дрожит.

— Все в порядке, — сказал ей Сэм. — Вы ему нравитесь, вот и все. И в этом нет ничего удивительного, поскольку вы нравитесь всем нам, — он пошел к двери и самым обычным тоном попросил: — Барри, поможете мне?

Они подняли стол с двух сторон и не ощутили никакого сопротивления. Стол был водворен на место, в центр комнаты, и остался стоять, словно прикосновение человеческих рук нейтрализовало ту силу, которая его двигала.

— Извините, если мы вас задержали, Мэгги, — сказал Сэм. — И передайте наши извинения своей дочери. До встречи на следующей неделе.

— Да. До свидания, — почти прошептала она и торопливо вышла из комнаты.

Те, кто остался, странно притихли и быстро разошлись под тем предлогом, что уже поздно. В комнате остались только Сэм, Джоанна и Пит, который проверял записывающее оборудование.

— Есть! — воскликнул он, прокрутив кусок пленки. — Это фантастика, Сэм! Вся это чертовщина записалась отлично!

У Джоанны для Тэйлора было припасено два козыря. Первый — видеозапись, а второй — предложение Роджера Фуллертона упомянуть в статье его имя.

— Один из ведущих физиков мира подался в охотники за привидениями? Это же историческое событие! Не стану спрашивать, как тебе это удалось, но прими мои поздравления.

Он подмигнул. Джоанне это было неприятно. Тэйлор Фристоун не обладал обаянием, но искренне верил, что оно тоже принадлежит к его многочисленным человеческим достоинствам.

— Забудь про ООН. И на Кеннеди я брошу кого-нибудь другого. Ты снова занимаешься только этим делом.

Она пошла в ресторан, где договорилась встретиться с Сэмом и Роджером. Предложение Роджера использовать его имя удивило ее настолько же, насколько обрадовало Сэма.

— Я по-прежнему считаю это пустой тратой времени, — сказал Фуллертон. — Но не могу отрицать, что происходит что-то необычное, и я не прочь встать во весь рост и признать этот факт.

Остальные члены группы, за исключением Пита и самого Сэма, по-прежнему не желали фигурировать в статье под подлинными именами. Барри, например, считал, что это повредит его фирме. Джоанна сказала, что в этом он похож на ее мать, на что он рассмеялся и сказал, что расценивает это как комплимент.

Дрю сказала, что она как Барри. Мэгги вообще не терпела вторжения в свою личную жизнь. Уорд Райли тоже попросил не упоминать его имени.

Когда Джоанна подошла к столику, Сэм и Роджер приподнялись в знак приветствия. Это был тот же столик в том же ресторанчике, куда Сэм пригласил Джоанну после ее встречи с Элли Рэй. Как давно это было, подумала Джоанна. От взглядов мужчин не укрылось, что она чем-то весьма довольна, и Джоанна пересказала им свой разговор с редактором. Роджер, который организовал этот обед, заказал бутылку шампанского.

— За вас обоих, — провозгласил он, поднимая бокал. — Должен признать, Сэм, что ты доказал свою идею. Теперь я хотел бы только узнать, в чем именно заключалась твоя идея?

Джоанна включила диктофон на запись и положила на край стола. Настоящая цель этой встречи, помимо того, чтобы просто насладиться обществом друг друга, была в том, чтобы помочь Джоанне систематизировать материал для статьи.

— А я хочу спросить, — сказал Сэм, — является ли то, что мы с вами видели, нарушением причинно-следственной связи или же нет? — Заметив, что Джоанна подняла бровь, он взял перечницу и передвинул ее на несколько дюймов. — Вот прямая причинно-следственная связь. Если же я протяну руку, и перечница на чужом столе или даже в другом ресторане передвинется, это уже будет... непрямая причинно-следственная связь.

— Или, во всяком случае, покажется таковой, — возразил Роджер.

— Понятие о причинно-следственных связях является краеугольным камнем нашего представления о реальности, — продолжал Сэм. — С точки зрения здравого смысла очевидно, что ни одна вещь не сдвинется с места, если ее не толкнуть.

— Но мы же видели, как двигался стол, — сказала Джоанна.

Роджер предостерегающе поднял палец:

— Да, но почему? Если это была некая невидимая сила, порожденная нашим мозгом, и с ее помощью можно двигать предметы, тогда принцип причинно-следственной связи не нарушается. К сожалению, нет абсолютно никаких доказательств, что такая сила существует.