("Никому не говори о ней пока, - отчетливо вспомнились слова Сэма, это ее погубит, я чувствую! Вначале надо как-то привязать ее к этому миру..." Никому не говори... Впрочем, Сэм уже не узнает о его предательстве, он умер раньше своей подруги...)

– Только я не знаю точно, как ее уничтожить, - бесцветным голосом продолжал Евгений.
– Может быть, уже после моего рассказа Тонечка перестанет существовать... Может быть...

Произнесенное вслух имя словно создало какую-то мощную пронзительную ауру - даже Сергей почувствовал это, хотя и не знал, о ком идет речь... Однако эсперы мгновенно поняли, что к чему. "Так вот что хотел сказать Евгений в своем письме!
– вспомнил Дэн.
– Теперь понятно, почему он подобрал такие цитаты..."

Но сам Евгений уже ничего не помнил и не ощущал, он с трудом цеплял одно слово за другое, тут же забывая сказанное. Он начал было описывать свою первую встречу с астралом Тонечки, сбился, начал с начала... Инга видела, что еще немного, и его снова придется откачивать. Она в отчаянии взглянула на Дэна. "Неужели нет другого выхода?!
– словно говорили ее глаза.
– Узнать, что она жива и тут же стать свидетелем окончательной смерти!"

Тонечка жива? Свободный астрал? Да, они слышали о таких вещах, но встречать не приходилось. Тогда она действительно "перестанет существовать" после рассказа: нет ничего проще, чем порвать астральные связи в мире реальных вещей, и нет ничего сложнее, чем их установить!

– Это призрак в замке Горвича, - в который раз повторил Евгений. Что-то непонятное... Ее можно увидеть, только не каждому. Может быть, вы...

Ему что-то мешало смотреть, но он не осознавал, что плачет. Помимо воли Гуминский почувствовал угрызения совести, и желая заглушить их, сказал резко:

– Послушайте, Миллер, рассказывайте все, о чем догадываетесь. Подряд, без пауз и без повторов! В ваших сомнениях я разберусь сам...

Евгений безнадежно попытался продолжать, но голова совсем отказывалась работать, наваливалась опустошающая слабость. Он, забыв о наведенном пистолете, опустил руки и ухватился за перила, чтобы не упасть...

Глядя на него, Веренков почувствовал, что еще миг, и Евгений уйдет навсегда, как только что ушла Сара. И с ним исчезнет не только тайна, к которой едва только удалось прикоснуться - погибнет многолетний труд, воплощенный в самом существовании СБ, рухнет непрочный баланс в обществе... и обратный ход маятника окажется страшнее десятка "монстров"!

Нет, это невозможно! Еще не все потеряно! Веренков ощутил, как в нем словно распрямилась какая-то пружина... и вдруг осознал: это же он сам вскочил на ноги!

Он инстинктивно метнулся вперед... но Гуминский все же успел среагировать раньше. Веренков увидел совсем близко его удивленные глаза, заметил быстрое движение руки с пистолетом... И черный зрачок ствола прямо в лицо...

...Тихий щелчок осечки был так непохож на ожидаемый всеми грохот выстрела, что в первый момент никто из стоящих на лестнице ничего не понял. Только смотрели завороженно, как Веренков с лета сбил Гуминского с ног, как тот отлетел назад и ударился о стойку, отбросив далеко в сторону руку со вторым пистолетом. Удачный момент, чтобы обезоружить его - но слишком неожиданный! И Веренков не сумел использовать предоставившегося шанса: он растерянно стоял посреди холла и тупо смотрел, как Гуминский подтягивает левую руку, как пистолет - уже другой - поднимается снова...

...Дэн бессильно, как в замедленном кино, наблюдал за неотвратимым движением, и вдруг мгновенным озарением увидел всю картину целиком: "Это не осечка... Пистолеты! Они перепутали пистолеты! У Валерия оказался пустой пистолет Сергея!"

Он резко пнул Сергея ногой, интуитивно найдя единственно верное слово:

– Огонь!

Вконец ошалевший Сергей не раздумывая выхватил свой пистолет и выстрелил почти не глядя, как на стрельбище...

...Два выстрела слились в один. Гуминский вдруг обмяк, рука с пистолетом безвольно упала вдоль тела, голова откинулась вбок... Дэн не видел, куда попала пуля, но сомнений быть не могло - такой мгновенно-расслабленной бывает только внезапная смерть... Веренков продолжал стоять, потом неуверенно шагнул назад, сполз по стене. Инга и Сергей бросились к нему:

– Вы ранены?

– Нет, - вяло качнул головой Веренков.
– Нервы...

– Промахнулся...
– Инга зачем-то потрогала пальцем маленькое отверстие в двери, через которое пробивался яркий солнечный луч.

– Левой рукой без привычки трудно попасть...
– произнес Сергей. Потом недоуменно и с какой-то опаской посмотрел на свой пистолет, осторожно вынул обойму.

– Полная... Ничего не понимаю... Как же это могло случиться?
– он перевел взгляд на тело Гуминского.
– Если бы я знал с самого начала...

Инга повернулась к нему, ласково провела рукой по плечу.

– Успокойся!
– шепнула она.
– Когда все уже определено, то спасают только неожиданности, смешение случайностей. Вот это и произошло! Банальная, я бы даже сказала классическая ошибка: перепутали два похожих предмета... и предопределенность полетела к черту!

Сергей замолчал, пытаясь осознать ситуацию. Да, действительно, был момент, когда оба пистолета оказались у Валерия. Потом один из них - свой, заряженный!
– он оставил у себя, а другой - пустой!
– отдал Сергею. По крайней мере, думал, что отдал... Но мог ли он их перепутать? Мог ли сам Сергей не заметить, какой пистолет берет?