– Ты не можешь уйти на несколько минут?
– спросил его Вокульский.

Пан Игнаций ничего не ответил. Он взял ключ от черного хода в магазин и вышел из комнаты.

– Вас двое?
– тихо спросила девушка, вынимая шпильки из шляпы.

– Погоди, - прервал ее Вокульский.
– Ты, кажется, только что была в костеле. Не так ли?

– Вы меня видели?

– Ты молилась и плакала. Нельзя ли узнать, чем были вызваны твои слезы?

Девушка удивилась и, пожав плечами, возразила:

– Вы что же, ксендз, что спрашиваете про это?
– Затем, внимательно посмотрев на Вокульского, процедила: - Эх! Только людей с толку сбиваете... Тоже умник нашелся!

И собралась уходить, но Вокульский удержал ее.

– Погоди. Есть человек, который хотел бы тебе помочь. Ты не спеши и отвечай откровенно.

Она снова внимательно поглядела на него. Вдруг в глазах ее блеснула усмешка, щеки раскраснелись.

– Знаю, знаю, - вскричала она, - наверное, вы от того старого барина!.. Он уж сколько раз сулил взять меня к себе... А богатый он? Ну, еще бы... В карете разъезжает и в театре сидит в первом ряду.

– Послушайся меня, - прервал он, - и расскажи: почему ты плакала в костеле?

– А потому, видите ли...
– начала девушка и рассказала такую грязную историю о каких-то дрязгах с хозяйкой, что, слушая ее, Вокульский побледнел.

– Вот зверь!
– вырвалось у него.

– Я пошла к гробу господню, - продолжала девушка, - думала, легче станет на душе. Да где там! Как вспомнила про старуху, так даже слезы потекли со злости. Стала я бога молить, чтоб старуху болячка задавила либо чтобы мне вырваться от нее. И, видать, услыхал меня бог, коли барин этот хочет меня взять к себе.

Вокульский сидел, не двигаясь. Наконец спросил:

– Сколько тебе лет?

– Всем говорю шестнадцать, а на самом деле девятнадцать.

– Хочешь уйти оттуда?

– Ох, да хоть к черту на рога! Уж так они меня допекли... Да только...

– Что?

– А то, что ничего из этого не выйдет... Сегодня я уйду, а после праздника она все равно меня разыщет и так со мной разделается, что опять я неделю проваляюсь, как тогда, на святках.

– Не разыщет.

– Как же! За мною ведь долг...

– Большой?

– Ого!.. Рублей пятьдесят. И не знаю даже, с чего он взялся, уж, кажется, за все плачу втридорога, а долг растет... У нас всегда так... Да тут еще как прослышат, что барин-то при деньгах, так, чего доброго, скажут, что я их обворовала, и насчитают, сколько им вздумается.

Вокульский чувствовал, что мужество покидает его.

– Скажи мне: ты хочешь работать?

– А что меня заставят делать?

– Научишься шить.

– Ни к чему это! Была я в швейной мастерской. Да ведь на восемь рублей в месяц не проживешь. Да и столько-то я еще стою, чтобы не шить на других.

Вокульский поднял голову.

– Ты не хочешь уйти оттуда?

– Ой, хочу!

– Так решайся немедленно. Либо возьмешься за работу, потому что даром никто хлеба не ест...

– Вот и неправда, - прервала она.
– Тот старик небось ничего не делает, а денежки у него есть. Он мне сколько раз говорил, что я заботы знать не буду...

– Ни к какому старику ты не пойдешь, а отправишься к сестрам святой Магдалины. Либо возвращайся, откуда пришла.

– Монашки меня не примут. Вперед надо долг заплатить и чтобы кто-нибудь поручился.

– Все будет устроено, если ты пойдешь туда.

– А как я к ним пойду?

– Я дам тебе письмо, ты его сейчас же отнесешь и останешься там. Согласна или нет?

– Согласна! Давайте письмо. Посмотрю, как мне там покажется.

Она села и стала осматриваться по сторонам.

Вокульский написал письмо, объяснил, куда ей нужно идти, и в заключение сказал:

– Выбирай сама. Будешь вести себя хорошо и прилежно работать, и тебе будет хорошо, а не воспользуешься случаем, так пеняй на себя. Можешь идти.

Девушка расхохоталась.

– Ну, уж и взбеленится старуха!.. Подложу я ей свинью!.. Ха-ха-ха! Только... вы меня за нос не водите?

– Ступай, - ответил Вокульский, указывая на дверь.

Она еще раз пристально посмотрела на него и вышла, пожав плечами.

Вскоре после ее ухода появился пан Игнаций.

– Что это за знакомство?
– недовольно спросил он.

– Действительно, - задумчиво отвечал Вокульский.
– Я еще не встречал подобного животного, хотя видел их немало.