– Но вы не знаете, что эти люди каждый день убивают девушек...

Макс не останавливался.

– Вы думаете, им трудно придумать, как представить убийство несчастным случаем?

Джон начал было возражать, но оборвал себя на полуслове.

– Хорошо... хорошо... Давайте но порядку. Как они сделали это?

Макс не уклонился от ответа. Он был совершенно уверен в своей правоте.

– Сначала они убили его, вероятно, избили до смерти, а потом опрокинули на него штабель труб, чтобы создать впечатление, будто его раздавили трубы.

Джон покачал головой.

– Макс, эти трубы весят несколько тонн. Штабель невозможно просто так опрокинуть. Макс сорвался на крик:

– Что значит невозможно опрокинуть? Штабель обрушился, не так ли? Или вы упустили эту незначительную деталь?

Дин положила руку на плечи мужа, призывая его к спокойствию.

Джон попытался ответить сдержанно:

– Следователи сочли возможной причиной усталость металла.

Макс потряс головой.

– Вы разговариваете со сварщиком. Я знаю металл - и отличаю хороший сварной шов от плохого. Рама-держатель был в отличном состоянии.

– Откуда вы знаете?

– Я был в магазине вашего отца. Я ее видел.

– Ну... возможно, рама вышла из равновесия. Убийца не мог просто опрокинуть ее.

Макс оскорбление взглянул на него.

– Джон, вы когда-нибудь слышали об автокаре?

На следующее утро Джон приехал в магазин. Временно исполняющий обязанности управлчющего хорошо справлялся с делами и обдумывал предложение перейти на постоянную работу на это место. Клиенты все так же приходили, хотя особого наплыва не наблюдалось. Бухгалтер Джилл вернулась к работе и почти пришла в норму. Бадди и Джимми были настроены оптимистично.

Ладно, вроде все в порядке. Теперь надо поговорить с Чаком Кейтсманом, кладовщиком и водителем автокара, он в то роковое утро нашел отца под трубами. Чак работал на складе: раскладывал по деревянным ящикам фасонные части труб.

– Привет, Чак!

– Привет, Джонни! Как дела?
– Чак выглядел получше. Одна его рука по-прежнему была в гипсе, но он довольно сноровисто орудовал здоровой рукой, перекидывая детали из ящика в ящик. Они немного поговорили о том о сем. Да, Чак чувствовал себя нормально, но хотел поскорее выздороветь, чтобы вернуться к работе грузчика. Сейчас они с Джимми куда чаще менялись обязанностями, и Джимми ничего не имел против, но Чаку не нравилось работать за прилавком - он не умел терпеливо разговаривать с назойливыми клиентами.

Джон, как бы между прочим, подошел к главному предмету разговора.

– Скажи, ты знаком с Максом Брювером?

– Конечно. Это друг твоего отца. Я не близко знаком с ним, но он заглядывал в магазин несколько раз. Он приходил сюда через несколько дней после смерти Джона, просто посмотреть, что и как. Многие друзья Джона приходили.

– Слушай... У Макса есть одна гипотеза о смерти Папы - о том, как мог упасть штабель. Помнишь, ты пытался разобрать завал из труб с помощью автокара?

Чак стал молчалив и мрачен при этом воспоминании.

– Да.

– Двигатель автокара был уже разогрет, когда ты начал? Чак на миг задумался, а потом вспомнил.

– Да. Да, точно. Я стал разогревать его, а потом понял, что это не нужно, поскольку он уже был готов к работе. Я решил, что Джон пользовался машиной.

– А выхлопные газы? Ты же знаешь, какой запах стоит здесь, когда работает автокар.

– Ну...
– Здесь Чак не был уверен.
– Очень скоро его просто перестаешь замечать.

– Да, верно. А скажи, куда делся тот держатель штабеля?

– Мы разобрали его. Ох-охо.

– Разобрали?

– Да, полицейские обследовали раму, и она уже никуда не годилась, а нам не хотелось, чтобы эта штука валялась здесь и напоминала нам о несчастье.

– А где детали?

– Думаю, все еще лежат во дворе, возле гофрированных труб.

Они вышли на погрузочную платформу, спрыгнули на землю и пересекли усыпанный гравием двор, направлГясь к свернутым в кольца пластиковым гофрированным трубам, которые напоминали скопление чудовищных черных червей. Рядом с одной из труб лежали разнокалиберные остатки упавшей рамы-держателя.

Джон внимательно осмотрел груду металла.

– Хорошо, Чак, ты можешь сказать, какие из длинных брусьев находились внизу штабеля?

– Дружище, понятия не имею.

– Все-таки попробуй.

Они порылись в груде металла, сортируя детали рамы. Короткие стержни - это поперечины; длинные стержни со стяжными муфтами - диагональные связи; Г-образные детали поменьше - вертикальные стойки. Все это они отложили в сторону. Остались четыре основных рельса, размером в длину штабеля.