Неужели это все не ясно тебе, Кирилл?
– Харитон вытянул носовой платок и вытер вспотевший лоб и короткую шею, хотя в обсерватории было холодновато, как всегда в лунные ночи. Он с надеждой смотрел на меня.

– Я - ученый,- сказал я просто,- кислороду было на двадцать шесть часов, а я дышал им девяносто восемь. Я видел фиолетовый шар. Я отсутствовал четыре дня. Где я был? Я должен понять, что это все значит.

– Не было никакого фиолетового шара,- устало возразил Харитон. Уилки положил перед ним радиограмму с американской базы, ту, что он показывал мне ночью. Харитон прочел и пожал плечами. Лицо его омрачилось.

Яша взял радиограмму и, прочтя, передал Вике.

– Что ты теперь скажешь?
– спросил я. Харитон зло усмехнулся.

– Начитались фантастики, им уже лет сто "летающие блюдца" мерещатся.

Харитон решительно поднялся из-за стола, давая понять, что обсуждение закончено.

– Что касается Кирилла... я, как начальник экспедиции, считаю, что по состоянию здоровья он должен быть отозван на Землю. Сегодня же я отошлю рапорт.

– Это нечестно, Харитон!
– гневно воскликнула Вика.

– Сотрудники обсерватории передадут свое объяснение,- сказал Яша и направился к двери, не взглянув на Харитона.

– Завтра у всех выходной день!
– крикнул вдогонку Харитон.- По случаю Дня Всепланетного Объединения будет разговор с родственниками.

Мы вышли вслед за Яшей. Молча... Итак, на первой инстанции бой был проигран.

Вечером мы собрались в библиотеке - все, кроме Харитона, который сердился на нас,- и составили свою докладную в космический центр.

Яша тут же пошел и передал ее на Землю.

Покончив с делом, мы долго сидели и разговаривали, как-то особенно сблизившись, когда единодушно "сожгли корабли".

Уилки сказал:

– Кирилл, я не могу понять одного... если Вика видела, что ты погиб от метеорита... прости!

– Я спокоен.

– Так вот, тогда это погиб твой двойник? Кто он был?

– Не знаю. Луну необходимо обследовать очень тщательно. И в самом срочном порядке. Ту сторону Луны. Ведь если там укрываются эти существа... то у них тоже должна быть какая-нибудь "база". Укрытие.

– Я говорил с нашими ребятами,- сказал Уилки.
– Они как раз собираются это сделать. Пожалуй, я сам недели на две прерву свою работу здесь и вместе с пилотами займусь поисками.

– Вы думаете...- начала Вика и нерешительно умолкла. Но астроном ее понял.

– Фиолетовый шар - это реальность установленная, поскольку его видели с двух баз. Я считаю, что это инопланетные существа, которые предпочитают до поры до времени наблюдать, слушать. Но они еще покажутся... всем Харитонам мира.

Уилки задумчиво взглянул на меня.

– Мне, друзья, не дает покоя мысль о двойнике Кирилла. Мисс Виктория, вы хорошо его разглядели тогда?

– Конечно хорошо! Он тоже увидел нас и поднял руку в знак приветствия. Я даже успела заметить, что Кирилл шел устало, как будто силы его были на исходе. Я закричала от радости и бросилась навстречу ему, но Харитон перегнал меня. Он отчетливо его видел... а теперь лжет! И вдруг метеор! Я никогда не забуду этого ужаса.- Вика побледнела при одном воспоминании.

– Кирилл - здесь, Вика!
– напомнил ей Яша. Я взглянул на друга. Меня поразила непонятная интонация, с которой он это сказал. Как будто ему было больно.

– Значит, погиб Кирилл,- уточнил Уилки,- либо его двойник? И здесь с нами сидит либо Кирилл, либо его двойник.

– Это - Кирилл,- сказал Яша уверенно,- теперь я уже знаю, что Кирилл.

– Кирилл!
– как эхо, повторила Вика. Они оба, хотя и радовались моему возвращению, довольно долго сомневались.

– Дело в том,- продолжал серьезно американец,- что я однажды видел своего двойника... То есть он не был мною, астрофизиком Уилки Уолтом, он был Уилки Саути, артистом и мимом, но он как две капли воды похож на меня - или я на него.

– И тоже - Уилки? Удивительно!
– прошептала Вика.

– Расскажи,- заинтересовался я.

– Расскажу...
– обещал Уилки,- но сначала... что было странным. Если бы просто два Уилки. Ведь я тоже артист. Самой большой радостью для меня со школьных лет были любительские спектакли, концерты. Самодеятельность, по-вашему. И я не раз выступал на университетских вечерах как мим. Выступал, будучи студентом, бакалавром наук, выступал и когда стал доктором наук, профессором. И поверьте, с большим успехом.