Я хохотал до слез. Это была самая настоящая истерика. После этого мне оставалось лишь прописать себе бром, что я и сделал.

Я пошел в лабораторию и до самого завтрака делал себе анализы. Все было в норме, если не считать повышенного нервного возбуждения.

Теперь мне было понятно поведение товарищей. Как ни странно, я успокоился. Суеверным я отнюдь не был.

4

ЭТОГО НЕ БЫЛО, ПОТОМУ ЧТО НЕ МОГЛО БЫТЬ

Не дошла к вам

Лет так за сто

Весть, что прав был

Галилеи,

Но

Плечами вы пожали.

Мол, отрекся

Галилей.

Отмечать

Вы продолжали

Птоломея

Юбилей

Леонид Мартынов

Утром я потребовал серьезного и обстоятельного обсуждения того, что произошло со мной. Вика, Яша и Уилки меня поддержали. Харитон хмуро согласился.

– В двенадцать у меня в кабинете,- сказал он. Когда все направились по своим лабораториям, он позвал меня.

– Кирилл, зайди ко мне. Необходимо поговорить.

– О чем?

– Разговор конфиденциальный.

– В двенадцать часов и поговорим.

Харитон посмотрел вслед уходящим сотрудникам. Мы только что позавтракали. В коридоре слышались мерные шаги Вакулы, он шел убирать со стола.

– Нам нужно поговорить до двенадцати,- сердито прошептал Харитон.

– Если о том, что со мной случилось, то лишь со всеми вместе.

– Но там будет этот Уилки.

– Ну и что?

– Ты хочешь, чтоб это попало в газеты? Он ведь там у себя не будет молчать!

– Улки крупный ученый, а не трепач. И кстати, встреча с инакопланетной цивилизацией касается всего человечества. Я сам дам объяснение в газеты.

Харитон сжал кулаки. Широкое лицо его побагровело, под скулами заходили желваки.

– Ты хочешь, чтоб в зарубежных газетах появилось подробное описание того, как русский космонавт спятил, не выдержав встречи с космосом? Тебе это будет приятно?

– До двенадцати,- коротко бросил я и вышел, подавив гнев. В двенадцать мы, все пятеро, собрались в кабинете начальника обсерватории. Я молча положил на стол пачку анализов.

– Что это?
– сухо спросил Харитон.

– Это анализы - моя кровь и прочее. Прошу приобщить к протоколу.

Я сел поудобнее в кресло. Вика, стоя у иллюминатора, смотрела на меня. Яша и Уилки сидели на диване и тоже смотрели на меня.

– Ты... знаешь?
– спросил Харитон.

– Да. Хотя желал бы кое-каких подробностей.

– Кто тебе сказал?

– Вакула.

У Харитона опять заходили желваки. Он чертыхнулся.

– Он же обладает памятью!
– пробормотал Харитон. Вика села возле меня.

– Только, пожалуйста, не жалейте меня!
– обратился я к товарищам.- Как видите,- я показал на анализы,- я вполне здоров и крепок. Почему вы мне сразу не сказали? Боялись за мою психику?

– Да, Кирилл,- подтвердила Вика.

– Слабонервным в космосе делать нечего. А сейчас я попрошу каждого рассказать все, что он знает по этому странному делу.

– Давайте вспомним все с самого начала,- волнуясь, предложила Вика.

– Нам необходимо принять решение,- сурово сказал Харитон. Он сидел за своим массивным столом, словно обыкновенный директор в обыкновенном кабинете на Земле. За ним в широком панорамном окне холодно мерцали в свете Земли острые лунные пики и кратеры. О, как не вписывался Харитон в этот лунный ландшафт!

– Расскажи, Кирилл, еще раз,- мягко попросил Яша.

Он сын капитана дальнего плавания Фомы Шалого и сам похож на моряка. Высокий, широкоплечий, смуглое лицо с чуть выдающейся вперед челюстью, яркие серые глаза, черные жесткие волосы, резко очерченный рот. Мужественный, добрый, отзывчивый, но очень скрытный. Он кибернетик по призванию. Выдающийся кибернетик.

Уилки Уолт с жгучим любопытством смотрел на меня. Обычно мысли его неотрывны от работы. Сыграет партию в шахматы и уже рвется к своим приборам.

Я сидел в очень мягком демилоновом кресле с широкими подлокотниками, оно меня раздражало, и я пересел на стул. Не теряя времени, я коротко пересказал им еще раз: о фиолетовом шаре, как я очутился один возле входа на территорию базы... Но на этот раз я рассказал и то, что сам до этого считал лишь сновидением...

Смутное ощущение страха и бессилия. Невозможность шевельнуться, как будто я был парализован. Странные существа, склонившиеся надо мною. Похожие на людей. Но с огромными фасетчатыми глазами и прозрачными крыльями...