— Ты так спрашиваешь, как будто ожидаешь несколько вариантов ответа.

— Так, ты говорил с капитаном?

— Говорил.

— И что он сказал?

— Да ничего, как услышал пароль, словно язык проглотил.

— Не может быть.

— Я и говорю, что ты меня порой пугаешь. Или это могло не сработать?

— Нет, Максим, должно было сработать, но знаешь. Никогда не уверена на сто процентов.

— Ты лучше скажи, кто нам общаться запретил?

— Начальство.

— И что мы с тобой ни разу этот запрет не нарушили.

— Нет, впрочем…

— Что впрочем?

Светлана, почувствовавшая себя отдохнувшей, облокотилась на Максима, прищурила один глаз, пытаясь рассмотреть лицо парня, и сказала:

— Как-то раз мы разыгрывали молодоженов в «Савойе», а там весь номер был забит жучками, так мы решили не рисковать.

— Ну-ка, ну-ка.

— В общем, оторвались по полной программе, как молодые. Там еще кроме телекамера была, а после того, как всех архаровцев повязали, Николай — это техник наш, кассету размножил и в отделе раздал. Так что, если хочешь посмотреть на свою задницу, обращайся к сослуживцам.

— Максим на секунду замер, но вскоре без сожаления сказал:

— А, ладно, я один черт никого не помню.

— Это хорошо.

— Хорошо? — удивился Максим.

— Да, хорошо. Порой мы с тобой с такой грязью дело имеем, порой в таком дерьме копаемся, что ужасно хочется это все забыть. Только не получается, а вот ты умудрился.

— А зачем же мы это делаем?

— Зачем? Да я и сама не знаю. Кто-то по инерции, кто-то за деньги, кто-то за романтику.

— А я?

— Ты? Ты, Максим, в армию очень идти не хотел.

— Почему?

— Да кто же тебя знает? Не хотел и все.

— Странно, если меня на такой работе запросто могли убить, чего же я армии испугался?

— Это ты сам решай, я этого не знаю.

— А приятные моменты у нас бывают?

— Вот сейчас самый приятный момент и есть, слава богу, что никто не стреляет, да мозги по стенам не размазаны.

— Да, ладно?

— Шучу, Максим, шучу. Бывают и у нас праздники. Например, когда заканчиваем операцию, наш шеф привозит коньяк, батон ветчины и блок «Мальборо». Собираемся мы тогда все вместе и гудим двое суток.

— И все?

— Почему все? Вот в прошлом году мы с тобой ездили в Коста-Рику обмениваться опытом.

— Мы с тобой?

— Да. Ты там всех местных копов на уши поставил, а когда за раз из горлышка бутылку водки выпил, у них чуть глаза не повылазили.

— Я? Целую бутылку?

— Да.

— Неужели я смог?

— Да ты не переживай так, у них ведь водка кукурузная, не такая как у нас. Может, всего градусов тридцать.

— Все равно с трудом верится.

— А в то, что ты их боссу рога наставил, веришь?

— Я?

— Ты, кто же?

— А как звали шефа?

— Я уже не помню, не то Госта, не то Санчес. В общем, какой-то их там придурок.

— Во даем?

— Да, Макс, мы с тобой и не в таких переделках бывали.

— Честно говоря, я немного трушу, да и чувствую себя не важно.

— Брось, старина.

— Особенно утром, пока с капитаном не поговорил, у меня ужасная головная боль была и все тело ломало.

— Это от наркотика.

— От какого наркотика? — испугался Максим.

— Да тебе вводили эмидопинил, сыворотку правдивости.

— И что?

— Да ничего, пару дней поломает и пройдет, как похмелье. Ты лучше голову береги, тебе по ней здорово досталось.

Максим почесал шишку на макушке и причмокнул языком.

— А как так получилось?

— Лучше не спрашивай, глупость вышла.

— Я сам виноват?

— Скорее, я. Я тебя должна была прикрывать. Сам видишь, прозевала.

— А я тебя когда-нибудь подставлял?

— Нет, Максим, ты идеальный напарник, я всегда на тебя могу положиться.

— Хоть на этом спасибо.

— Что будем делать дальше?

— Пассажиры на борту?

— Да.

— Надо выяснить, есть ли среди них связной.

— Связной?

— А что такого?

— Да с кем же тут связываться, если капитан в курсе, я хожу в открытую.

— Максим, — сказала Светлана и задумалась, — я хочу тебе сказать, что у нас не принято обсуждать приказы.

— Приказы?

— Да, приказы. И нам нужно найти связного по имени Руслан Майларов и установить контакт, но только так, как я скажу, а не иначе.