— Оставьте капитана самому себе.

— Нет, уж лучше возить уголь, — запричитал человек с бородкой и направился на мостик.

— Извините, первый помощник, это еще не все.

— Не все? — человек по военному повернулся через левое плечо.

— Да. Я уронила в воду спасательный круг. Он плавает где-то рядом.

Человек ничего не ответил и отправился, куда шел, шепча что-то себе в бородку. Светлана вернулась в кубрик и застала там беседующего Максима и одного из членов команды, возмущенного присутствием полуголого юноши и отстриженными волосами на полу.

— Отставить разговорчики, — сказала девушка, — это ваш новый юнга, товарищ на две недели, так что прекращайте ругаться и помогите постричь его, до уровня человека.

Обалдевший матрос принял из рук Светланы ножницы и продолжил стрижку Максима. Через десять минут недоросль превратился в симпатичного парня с ежиком волос на аккуратной головке.

— Ай, больно.

— Терпи, матрос. Ух, ты. Это кто тебя наградил?

— Было дело, — обиженно морщился Максим.

— Как звать-то?

— Его зовут Максим.

— Максимка, значит.

— Максим, — поправил парень.

— Ладно, Максим, «заплывешь» здесь, волосы за борт, в кубрике чистота. Робу у боцмана получишь. Деньги у тебя есть?

— У него нет денег, — сказала Светлана.

— А ты что его секретарь?

— Нет, я сама по себе.

— Так вот, знай, сама по себе, сюда женщинам нельзя. Это спальное помещение матросов, а у матросов…

— Нет вопросов, — сказала Светлана, — я уже ухожу.

— Как же ты сойдешь?

— А я подожду, когда начнут садиться пассажиры.

— Если капитан вас заметит, ему это не понравится.

— Я сойду раньше. Пока, Максим.

— Пока, — ответил парень, глядя исподлобья.

Светлана вышла из кубрика и пошла по коридору, петлявшему между труб и металлических конструкций. Она прошла до полуоткрытой металлической двери с поручнем и заглянула внутрь. Это был машинный зал, разместивший в себе две силовые установки. Среди них ходил один из матросов, протирая замасленной тряпкой многочисленные рукоятки.

Девушка развернулась и пошла в обратном направлении. Она снова миновала кубрик матросов и, пройдя винтовую лестницу, дошла почти до самого носа судна. Так и не найдя того, что она смогла бы назвать укрытием, девушка вернулась к лестнице.

— Да ты издеваешься, сынок, — услышала она голос матроса, идущий через открытую дверь.

— Даже не думал, — ответил Максим.

— Пошли за мной.

Светлана хотела пуститься по ступенькам наверх, но матрос все же заметил ее и закричал в гулком коридоре:

— Ну-ка, стой, куколка.

— Что-то не так? — Светлана повернулась к матросу, не собираясь возвращаться обратно.

— Не так? Не так? Да, типа того. Ты кого мне подсунула, мать твою?

— Я?

— Нет, я.

— А что такое?

— Да он не знает, как шнурки завязывать.

— Ну и что?

— Да зачем он здесь нужен?

— Будет помогать штурману.

От подобной наглости матрос запнулся.

— Что?

— Иди сюда, — Светлана поманила матроса пальцем, и, когда он подошел к ней, зашептала на ухо:

— Слушай сюда, матросик, этот пацан — сын владельца яхты, зовут его Макс. Ему постоянно в голову приходит разная блажь: то он хочет побыть панком, то банкиром, то еще кем-нибудь, а теперь ему захотелось стать юнгой, понятно тебе?

— Мне-то понятно, — явно без доверия сказал матрос, — только я не нянька.

— А тебе и не надо ничего делать, дай ему задание и покажи один раз, он капризничать не будет, такая у него натура.

— Он псих, что ли?

— У богатых свои причуды.

— А если я его сброшу за борт?

— Его папа, твои гланды через задний проход удалит.

Грубое обращение подействовало на мужчину успокаивающе, и он уже более дружелюбно спросил:

— А если ты гонишь?

— Не вздумай спросить его сам, тут же домой поедешь.

— Да, ладно?

— Не веришь мне, спроси у капитана.

— Да пошла ты, — не выдержал матрос, — сама учи его, если тебе это нужно, а мне надо своими делами заниматься.

Матрос повернулся и пошел к винтовой лестнице, явно намереваясь выяснить все у первого помощника.