— Хватит мне втирать, чурка, лодку давай.

Человек сначала попытался возразить, но вскоре сломался под градом оскорблений и угроз, отпускаемых Максом. Он ушел и вернулся с точной своей копией, возможно братом-близнецом. Второй — молча завел двухмоторный катер, даже не приглашая молодых людей. Светлана переступила темное пространство между причалом и бортом катера. Она почувствовала, как качается под ногами пластиковый пол. Макс куда-то ушел и вернулся, неся в руках картонную коробку, из которой доносилось позвякивание бутылок. Отпустив пару слов о жадности сторожа или охранника, он с большим трудом перебрался на катер, тут же понесший спутников к центру залива.

— Как тебе? — спросил парень, заметно качаясь.

— Бесподобно, — ответила Светлана.

Когда до яхты оставалось не более сотни метров, с нее ударила белая полоса прожектора и осветила катер.

— А ну выключи, чурбан, — закричал Макс, размахивая рукой.

Луч тут же погас, а на судне зажглось с десяток фонарей, слабо осветивших борт.

— Вот так-то лучше, — довольно сказал парень и обнял Светлану за плечи.

Катер тихо ударился о борт, и близнец потянул к себе свисавший трап. Он так и не проронил ни слова, лишь помог Светлане подняться.

— Быстро вниз, — сказал Макс появившемуся человеку, — поднимешь коробку — и на берег.

Человек на борту даже не подумал возразить. Он выполнил распоряжение Макса, оставив трехпалубную яхту в полном распоряжении молодых людей.

— Хочешь покататься? — самодовольно улыбался Макс.

— Ты можешь управлять этим?

— Как два пальца.

— Может, покажешь мне?

— Что?

— Что здесь есть интересного.

— Пошли на мостик.

— Пойдем.

Молодые люди поднялись по крутой лестнице на самый верх судна. Мостик капитана оказался маленьким помещением, снабженным различными навигационными приборами и чудными ручками. С него открывался замечательный вид на реку, берега которой были усыпаны бриллиантами огней.

— Нравится? — спросил Макс.

— Очень.

— Ты этого хотела?

— Почти.

— А знаешь, чего я хочу?

— Чего?

— Хочу заняться любовью на капитанском мостике.

— Здесь?

— Да.

— Знаешь, Максим, достаточно неприятно сидеть на этом пульте, когда тебе в задницу впиваются всякие кнопочки, к тому же, он довольно холодный.

— А мы задним числом, — сказал парень, поворачивая девушку к себе спиной.

— Мне так не нравится.

— А мы в устной форме.

Светлана почувствовала у себя на шее прикосновение губ и щекотание бородки. Она думала, решая задачу с двумя переменными, и решение ее никак не устраивало. Наконец, когда парень схватил ее за грудь, она сказала:

— Здесь, наверняка, есть классные каюты. Зачем нам этот подъездный секс?

— Ты умная, — с обидой сказал Макс и, прихватив коробку, застучал по ступенькам.

Светлане ничего не оставалось, как догонять его. Ее поражало, как пьяный парень, не спотыкается на ступеньках, да еще несет коробку с несколькими бутылками. Она с трудом догоняла его, петляя полутемными коридорами.

— Здесь, — Макс поставил коробку на пол перед дверью каюты и исчез в темноте. Через минуту он вернулся, держа в руках маленький ключик:

— Прошу вас.

Светлана переступила порог и оказалась в относительно просторной каюте, отделанной панелями под дерево, с хромированными иллюминаторами и большой двуспальной кроватью.

— Горячей воды нет, так что не рассчитывай, что будешь два часа плескаться.

Он прижал девушку к стене каюты и поцеловал. Слабый огонек аварийного освещения погас в глазах Светланы. Ей казалось, что обезьяна прильнула к ее губам волосатым ртом, и она находится в объятиях гориллы жалкая, униженная, беззащитная. Но в следующую секунду все кончилось, Макс повернулся к ней спиной и пошел к кровати, на ходу снимая с себя одежду.

Он сел на покрывало и поманил девушку к себе:

— Иди сюда.

Светлана достала бутылку шампанского из коробки и попыталась открыть.

— Я хочу выпить.

— Иди, я помогу.

Она пересекла каюту и села рядом. Макс ловко разделался с пробкой и протянул девушке открытую бутылку. Она отпила глоток, подавившись выбежавшей пеной.

— А пить-то ты не умеешь.

— Не умею.

— Знаешь, что, Света, хочу тебе признаться.

— В чем?

— Хочу тебе рассказать, чего я больше всего не люблю.

— Чего же?

— Когда меня за дурака держат, когда пытаются мне на шею сесть, когда используют.

— Ты думаешь, я тебя использую?

— Нет, ты же знала, что за все надо платить.

— Разумеется.

— Тогда иди сюда.

— Сейчас, я разденусь.

Светлана стянула джинсовую куртку и положила ее на пол.

— Дальше я сам.

Она послушно села рядом и потянулась к бутылке шампанского.

— Дай мне.

Макс налил себе в открытый рот вина, подождал, пока не стихнет шипение пузырьков, затем он сомкнул губы и повернулся к Светлане, намекая на то, что хочет напоить ее. Девушка наклонила голову, приоткрыла рот, зажмурила глаза. Когда сквозь сомкнутые веки Светлана увидела приближающееся лицо Максима, она резко выпрямилась, и, взмахнув рукой, ударила бутылкой по голове парня.