– Выходит, этот корабль следит за нами? Намеренно держится подальше, за горизонтом, выжидая чего-то?

– Вот этого-то я и боюсь. Они дожидаются темноты, чтобы затем напасть неожиданно и захватить нас.

– Пираты?

– Может быть. Или же твой старый приятель Джозеф Питтинджел все никак не успокоится. У "Абигейл" хороший ход, и в большинстве случаев она развивает порядочную скорость, но все-таки до быстроходных судов, на которых плавают пираты, ей очень далеко. У Джозефа Питтинджела тоже есть такой корабль - "Весталка". Исключительно быстроходная посудина.

Я снова посмотрел на море за кормой. Если корабль находится там, примерно в двеннадцати-тринадцати милях от нас, то для того, чтобы нагнать нас, им понадобятся часа три, от силы четыре. С наступлением темноты, они могут начать подходить поближе, и мы ничего не заметим, пока их корабль не окажется совсем близко, на расстоянии пушечного выстрела или около того. Меня это совершенно не устраивало, и я не замедлил высказать вслух свое мнение.

– А разве никак нельзя ускользнуть от них? Например, плыть прямо к берегу?

Он пожал плечами.

– Может быть и можно, но если мы подойдем слишком близко, то может получиться так, что мы попросту застрянем у подветренного берега. Идти к берегу - распоследнее дело. Риск слишком велик.

Мы еще некоторое время стояли молча, и каждый думал о чем-то своем. Совершенно внезапно такое безмятежное море превратилось в зловещее место, и всего лишь линия горизонта отделяла нас от притаившейся за ней опасности.

– Надо попробовать, - наконец нарушил молчание Тилли, - но вот только побережье в этом месте не самое подходящее, и многие корабли попадали здесь в ловушку. Он не стал бы отставать от нас, если бы не был уверен в своей скорости.

– Почему он не напал сегодня утром?

Тилли пожал плечами.

– Было уже довольно поздно. К тому времени, когда они нагнали бы нас, уже рассвело бы, потому что мы ведь тоже продолжали бы двигаться дальше. Да и внезапной атаки не получилось бы.

Мы плыли целый день, так что у нас было время сделать кое-какие приготовления. Мы подготовились к бою, а также привели в полную готовность пушки. На борту "Абигейл" осталось меньше пушек, чем было во времена отца, но зато, освободившись от их тяжести, корабль мог брать на борт больше груза.

По приказу Тилли дозорный постоянно оставался на марсе, но он так ничего и не увидел. К тому времени, как спустились сумерки, приготовления были завершены. Но вот, наконец, стемнело окончательно, и Тилли отдал приказ потушить все огни. Я спустился вниз.

– Диана. Похоже, у нас неприятности. Свет нужно погасить.

– Черт возьми, - в сердцах выпалила она.
– А я платье взялась перешивать.
– Она погасила свет и сказала в темноте: - А если я зашторю окно, то хотя бы малюсенький огонек можно зажечь?

– Ни в коем случае, - предупредил я ее.
– Никаких огоньков. Где-то поблизости идет корабль с погашенными огнями, который, мы думаем, атакует нас сегодня же ночью. Мы держим курс по направлению к берегу, и всякое может случиться. Так что, будь готова.

Она промолчала, а потом спросила:

– А что это за берег, Кин? Где мы теперь?

Мне стало досадно, что я сам раньше не додумался справиться об этом у Тилли, так как всегда немаловажно знать точное местонахождение, а сам я мог лишь предполагать, что в данный момент мы находимся где-то к северу от малознакомого мне побережья. Возможно, к северу от входа в Чесапикский залив.

Поделившись с ней своими соображениями и предупредив о том, что, возможно, довольно скоро нам придется пересесть в шлюпку, а поэтому следует одеться потеплей и собрать самые необходимые вещи, которые нужно будет взять с собой, я вернулся на палубу.

Там было холодно и ветренно. Ветер надувал паруса, и мы повернули на другой галс, направляясь к берегу. Я прекрасно знал, что моряки и днем-то остерегаются направлять свои корабли вдоль побережья, а уж про ночь и говорить не приходится. Когда люди, не имеющие никакого отношения к морю берутся писать о подобных вещах, они неизменно утверждают, что самые первые мореходы старались держаться поближе к берегу, что, конечно же, полнейший вздор, и ни один нормальный моряк никогда не пошел бы на такое. В открытом море меньше опасностей.

Рядом со мной из темноты возник Джон Тилли.

– Они приближаются. Я видел, как тонкая черная линия мачты движется относительно звезд.

– Это могла быть и птица.

– Могла бы, но это никакая не птица.

– А тот берег поблизости... Это случайно не Мэриленд?

– Он самый, но я почти не знаю того берега. Я проплывал мимо, но всегда при этом оставался далеко в море, где побольше места и есть, где развернуться. Мне приходилось слышать, что здесь вдоль побережья есть небольшие островки, рифы и дуют береговые ветра. А там кто его знает...