Но почему именно Энн? Из всех мест. Она не имела с этим ничего общего.

Или имела?

* (исп.) - много денег.

Глава шестнадцатая

Тени облаков островами плыли по дну долины, и далеко-далеко дождик маршировал по горизонту, окрашивая часть его в серо-голубой цвет. Мой конь нетерпеливо бил копытом, но я ждал, осматриваясь, осмысливая.

На этой земле я был один. Мой единственный союзник, Пабло, лежал раненый, и где-то пленницей сидела Молли Флетчер, возможно уже помеченная смертью.

Какова была ставка в этой игре я не догадывался, но знал, что люди готовы были убивать за это друг друга, убивать и нанимать других людей, чтобы убивали те. У них были деньги, информация и власть, мне нечего было противопоставить им, или почти нечего. Знать - вот что мне нужно было больше всего, знать, за что шла драка, или хотя бы знать, кто были мои враги.

Пока я лишь находился в гуще событий, пока я лишь сопротивлялся, когда атаковали моего друга и его табун лошадей, но как только я выеду из тени сосен, я сам вступлю в драку. Меня больше не будут считать просто подозрительным наблюдателем, я стану злейшим врагом, потому что когда я выеду из этих сосен, я выеду против них, выеду на вражескую территорию, где мне придется выиграть или умереть.

Это было нелегкое решение. Я никогда не считал себя отважным человеком. Я делал то, что было необходимо, и именно я посоветовал Молли Флетчер купить часть ресторана Мэгги и остаться в городе. Если бы она уехала в Денвер, то сейчас была бы свободной.

Фургон заезжал в Фишерс Хоул. Все улики указывали на то, что Молли держали пленницей в этом фургоне. Фургон возвратился из Фишерс Хоул и поехал дальше, очевидно, на ранчо Ролона Тейлора. Единственная причина, по которой, по моему мнению, фургон заезжал в Фишерс Хоул - что-то туда доставить. Следовательно, Молли была там.

Что-то упало на пол, когда я находился в доме, и по какой-то причине все вздрогнули и показались мне встревоженными. Предположим, как я уже думал, Молли услышала мой голос и нарочно сшибла что-то на пол, чтобы предупредить меня об опасности.

Выехав из деревьев, я повернул коня в сторону Фишерс Хоул.

Я надеялся, что не опоздаю.

Оказавшись в долине, я тут же резко повернул налево и по полузаросшей тропе поехал вдоль Хогбек. То там, то тут попадались места, где можно было укрыться. Приближалась ночь, и я надеялся попасть к дому, пока совсем не стемнело. Конь, на котором я ехал, был для меня новым, но это был конь, привыкший к горам, живой и проворный, и ему, кажется, нравился наездник. Остальные лошади следовали за мной в поводу.

Ветви нависали низко, и часто мне приходилось пригибаться к шее коня, чтобы проезать под ними. Здесь, в лесу, сгустились тени, хотя солнце заливало вершину Хогбек, а на дне долины было еще светло. Лошади бесшумно шагали по ковру из сосновых иголок, а скрип седла был слышен не больше, чем в нескольких футах. Несколько раз я останавливался, чтобы прислушаться.

Что я предприму, когда попаду в долину, к дому Энн, я не имел ни малейшего представления. Во-первых, я должен разведать ранчо, а судя по человеку с ружьем в руках, оно охранялось хорошо.

Выбравшись из густой поросли деревьев в место, лишь частично прикрытое ветвями, я увидел, что в доме зажгли лампу. Хотя и с некоторого отдаления я услышал, как хлопнула дверь и заскрипел ворот у колодца. Повернув коня, я выехал на небольшую поляну, площадью примерно в акр, окруженную деревьями и кустарником. Оттуда, где я сидел, ранчо внизу просматривалось прекрасно, а я сливался с горами и деревьями, находившимися позади меня.

Какое-то время я сиделна коне, положив руки на луку седла. Во что я ввязывался? В конце концов, это был дом Энн или место, где она жила. Что она подумает, если меня поймают, когда я буду обнюхивать все вокруг, шпионить за ее домом? Фургон, конечно, приезжал в долину, но он мог приехать куда угодно, а упавший предмет могла сбить кошка. Я был дураком.

И все же, почему они готовились к неприятностям? Кто эти люди, живущие с Энн?

Меня там приняли не слишком тепло. То есть, никто не хотел, чтобы я чувствовал себя как дома. Они покормили меня и поспешили избавиться.

Каким-то образом мне нужно было попасть туда, вниз, порыскать вокруг и отыскать, если смогу, того, кто находился в той, соседней комнате. Я не заметил на ранчо ни одной собаки, за что был глубоко благодарен.

Спешившись, я стреножил лошадей и с винтовкой в руках прошел к опушке леса. Долина внизу уже превращалась из серой в черную, а в доме были видны только два освещенных окна, ни одно из которых, похоже не находилось в комнате, где я слышал шум.

Я заметил упавшее дерево и сел, наблюдая за домом. Открылась дверь, выбросив луч света, осветивший небольшое заднее крыльцо, и на него вышел человек с лампой. Он подошел к низкому строению и исчез внутри... кормит лошадей? Или седлает их?

Дверь сарая отворилась, и человек вышел, ведя за собой нескольких лошадей. Если я не ошибался, их было четыре. Привязав их, он вернулся за пятой. Значит, они уезжают.

Тихо ругаясь, я растреножил лошадей, сунул винтовку в чехол у седла, затем скрутил веревки, на которых паслись лошади, и прыгнул в седло. Вниз с горы вела тропа, вытоптанная дикими или домашними животными, о которой я знал раньше. Она приведет меня к тыльной части ранчо с обратной стороны долины, куда они скорее всего и направятся.