– Я найду девушку и привезу ее к Герману, - сказал я.
– Что касается Фелипе, он и мой друг тоже. Он помог мне тогда, когда я нуждался в помощи. Я этого не забуду. Хороший он человек или плохой, но он сделал нужную вещь в нужное время.

Я допил пиво.

– Поговорю я с ним или нет, во мне он найдет друга.

Я намеревался добиться его участия в том, что я собирался сделать, но пока мы разговаривали, я понял, что не смогу просить его об одолжении. Там, куда я собирался, ждала беда, а у этого человека хватало своих проблем и без того, чтобы я взваливал на его плечи мои проблемы.

Гудпасчер находился недалеко от той долины, куда я ездил навестить Энн, и по дороге к ней я видел деревянную доску с названием города и стрелкой, указывающей направление.

Я больше не хотел заезжать к Энн. Прием, оказанный мне, был не совсем таким, на какой я надеялся. Она и вправду была красивой девушкой, но если я был ей небезразличен, значит она умеет хорошо скрывать свои чувства.

Остановившись у ресторана, я упаковал еду, которую приготовил мне Герман. Мне не нужно было спрашивать, что это было. Герман слишком долго был поваром для ковбоев, чтобы не знать, что необходимо в путешествиях.

На этот раз я поехал строго на юг, обогнул Холлоу и направился к Чикоса-Крик. Если кто-нибудь следил за мной, у меня теплилась надежда, что я их чуток обману. Этой ночью я разбил лагерь на берегу Уэрфано-Ривер и сидел утром с кружкой кофе в руках, когда заметил пару бесхозных лошадей, которые робко и настороженно двигались к моему лагерю.

Мой конь заржал, они ответили и подошли. Это были лошади Шелби, потерявшиеся, когда разогнали табун. Я колебался, не зная, что лучше сделать, но потом все же заарканил их и решил взять с собой. За них отвечал Пабло, и поскольку его здесь не было, решать приходилось мне. К тому же пара запасных лошадей не была лишней. Больше того, я тут же перекинул седло на свежую.

Через час я въехал в разбросанные там и тут деревья - передовые разведчики, проверяющие путь к равнине для несметных полчищ, покрывавших склоны гор.

Не торопясь и не желая поднимать пыль, которая может привлечь ко мне ненужное внимание, я попал к Гринхорну только к вечеру и там разбил лагерь. До этого я ехал просто по земле, теперь же направлялся в сторону, которую можно было назвать вражеской землей. До Гудпасчер было еще далеко, но у Ролона Тейлора много ковбоев, они ездили по большой территории.

Перед рассветом я уже оседлал лошадь и снова ехал на свежей. Придерживаясь низин, я разведал путь к горам, пока не нашел то, что искал: старая тропа трапперов, которая вела прямо на север, к Сент Чарльзу.

Эта река протекала по дну каньона, и нужно было хорошо знать округу, чтобы пересечь ее в нужном месте. Та тропа, по которой я ехал, была той самой, о которой давным давно рассказывал мне Па, и годы не пощадили ее. Я только местами видел тропу, но этого было достаточно, чтобы не потеряться.

По ней ездили, чтобы как можно меньше попадаться на глаза индейцам, а это было именно то, что нужно.

Теперь я начал искать следы фургона. До этого момента я избегал наезженных дорог, не желая, чтобы меня видели. Время от времени я останавливался, чтобы прислушаться и осмотреться. Тропой, по которой я ехал, похоже, не пользовались и, если повезет, я незамеченным смогу близко подобраться к дому Тейлора. Если меня обнаружат, просто скажу, что собирал лошадей Шелби. Это было правдоподобное объяснение, хотя мне могли не поверить.

Я не нашел следов фургона, пока не подъехал к Тертл Буттс. Я видел эти следы, когда шел к поезду от магазинчика Пенни Логан, а у следопыта есть память на такие вещи. Это был или тот же самый фургон, или уж очень на него похожий.

Все дело было в том, что фургон этот ездил в Фишерс Хоул и возвратился, направляясь на северо-запад. На северо-западе лежало ранчо Ролона Тейлора, Но почему надо было сначала заезжать в Фишерс Хоул?

Сидя в седле в тени сосен, я изучил эти следы, осмотрел округу и постарался решить, что мне следует делать.

Если Молли Флетчер находилась в этом фургоне - а у меня были веские основания подозревать это - зачем ехать в Фишерс Хоул? Упряжка из четырех лошадей, впряженная в фургон, быстро не поедет, и никто в фургонах не катается просто так. Если они направились в Фишерс Хоул, то затем, чтобы что-то привезти или увезти.

Я опять вернулся к чему-то, что упало на пол в доме Энн, и к испуганному выражению на их лицах.

Была ли Молли их пленницей? Если так, то неужели она услышала мой голос и пыталась привлечь внимание?