— Я, думаю, это будет самое лучшее, — утвердительно кивнул Лернор.

— Давай зайца из него сделаем! Шоколадного! — весело перекрикнул товарища Куллер, явно войдя во вкус.

Голограмма будущей ноги приняла человеческий вид и с одновременным гудением шара стала приобретать жесткие формы.

Сначала образовались кости, затем сосуды, тут же наполняемые кровью, после чего кожа, словно чешуя, стала нарастать маленькими дольками. Весь процесс, судя по безмолвным гримасам Феникса приносил ужасающую боль и страдания, но четко удерживал его в сознании. Не прошло и пяти минут, как операция была закончена.

Электрический заряд, синей молнией выскочивший из таинственного серебряного шара, заставил пальцы нарощенной ноги зашевелиться.

Воссоздано было все. Вплоть до последней волосинки. Розовая кожа, словно у младенца, выглядела немного светлее, нежнее и моложе всего оригинала. Даже характерных мозолей и стоптанной кожи на пятке как будто и не существовало ранее. Да и откуда им тут быть, если они не заложены в ДНК подопытного.

— Нифига себе, — осторожно подходя к ноге, почесывал затылок Куллер. — А с моим ухом такое проделать можно?

— Конечно, можно, — весело сообщила девушка, искренне радуясь удачному завершению эксперимента. — Даже нужно! Будет как новое. Но, господа, под впечатлением вы забыли о своей главной цели, а то ваш «друг» уже успел заскучать.

— Может сначала он, все-таки захочет нам что-нибудь рассказать, и вам не придется его больше резать. — Лернор наклонился к Фениксу, настороженно изучая выражение его глаза. — Ну что, понравилось? Они ведь полны решимости продолжать. Что скажешь?

Пленный попытался мотнуть головой, но из-за стягивающего лоб ремня, у него ничего не вышло. Лернор, уловив это движение, поднял руку.

— Джули, верни парню голос. Он, вероятно, что-то хочет сказать.

Девушка согласно кивнула.

— Уоды! Шволочи! — что из мочи тут же закричал Феникс, забрызгивая Лернора слюной.

— Так. Так. Кажется, наш друг еще не готов говорить…Джулиана…

— Стойте! Я ффсе скашу! Токо не нато ресать!

— Вот. Уже другое дело, — довольный эффективными результатами столь высокотехнологических методов убеждения, Лернор медленно присел на край стола. — Кто тебя внедрил? И правда ли то, что ты работаешь на военную разведку Москвы?

— Плафда. Фнедлили меня пошле того как «Наша» колполация не шмогла галантиловать тфою бешопасность и тослочную пеледачу сведений, котолые ты им обещал. Я толшен был штать твоим длугом и ушнать хде ласполошена оштальная инфолмация, — еле понятно прошепелявил Феникс. — Длугом штать не полушилось, поэтому плишлось олганизофыфать побек и соплофошдать на место…

— Значит, власти Московского мегаполиса решили взять ведение игры в свои руки?

— Пошти…, — агент попытался кивнуть, но у него вновь ничего не вышло.

— Что ты знаешь об «относительном бессмертии»?

— Ловно штолько ше, школько и ты…

— Врешь! — стал злиться Лернор, забывая о своей ненависти к насилию.

— Лерн, не суетись, — обратилась к своему другу Джулиана. — Он действительно может ничего не знать, либо ты не умеешь вопросы задавать. Про «относительное бессмертие» слышали многие, тем более по массмедиа много рекламы для потенциальных колонистов крутят. Ты украл технологию, но рядовой агент ее знать никак не может. Подожди, пока доберемся до места…

— А чего ты за него вступаешься? Все подожди, да подожди! Значит, прекрасно знаешь, что я украл?! — злобно отреагировал Лернор, получая от Джулианы косвенное подтверждение словам Дракона. — У самой рыльце в пушку? Да!?

— В пушку, но не настолько, насколько тебе рассказал Дракон!

— Оба-на! А откуда ты знаешь, что рассказал Дракон? Не из корпорации ли ты сама? — завелся Лернор, совершено забывая о допросе.

— Стойте! — закричал на всех Куллер. — Оставьте свои разборки на потом.

— А ты то чего? — огрызнулся на него Лернор. — Ты мне так и не рассказал, как же ты очутился в новобранцах корпорации!

— Ты меня и не спросил! — бросил в ответ Куллер.

— Тихо! — приказным тоном рявкнула на всех девушка. — Или прекращаем эту охоту на ведьм, или я высаживаю вас прямо здесь!

Лернор задумался, — «Здесь — это где? Холодно, голодно, черт знает в какой стороне. Не катит! Здесь у него вообще не будет шансов на благоприятный исход истории. Сейчас хоть какой-то есть. Как жаль, что я еще столь далек от того, чтобы быть хозяином положения и диктовать свои условия»