В себя Махмуддин пришел, лишь когда за ним захлопнулись ворота загородного дворца. Здесь погоня оказалась бессильна. Покружив немного над домом-крепостью, солдаты сбросили на крышу бочку с нечистотами и удалились.

Несколько дней джинн сидел, запершись, с минуту на минуту ожидая штурма дворца. Время шло, войско не появлялось. Наконец, падишах известил Махмуддина, что в наказание за проступок назначает ему бессрочную ссылку в пустыню, без права возвращения в город.

Это было очень мягкое наказание, и первое время джинн был счастлив, что так легко отделался. Однако со временем ссылка стала тяготить его. К моменту появления Коли, он совсем раскис.

Джинн закончил рассказ и разлил вино в пиалы. Собеседники молча выпили.

– Да, – сказал Коля, – ваша история ужасна. Но, давайте искать во всем хорошую сторону. Вы живете здесь, пусть и в изоляции, но все же в собственном комфортабельном дворце, со слугами и регулярным питанием. Боюсь, что в запечатанной бутылке на дне моря вам было бы значительно хуже.

Несмотря на смуглую кожу, лицо джинна стало абсолютно белым.

– Откуда ты знаешь об этой мерзости? – прохрипел он.

– Да так, – пожал плечами Коля. – Читал в сказках.

– Какие у вас, однако, жестокие сказки!

Коля задумался. А ведь и правда! Все мы, читая сказки, завидовали счастливчикам, нашедшим бутылку с джинном, и мечтали о том, как бы сами распорядились неожиданно привалившим счастьем. И ведь никому в голову не приходило пожалеть самого джинна, тысячу лет просидевшего в заточении. Даже на миг мы не задумывались об ужасной участи несчастных пленников.

Коля проникся сочувствием к джинну, как будто тот и вправду уже сидел в бутылке. Скупая мужская слеза навернулась на глаза отважного, но не в меру сентиментального космонавта. Он посмотрел на кувшин с вином, прикидывая, как бы в нем мог разместиться Махмуддин.

Джинн истолковал Колин взгляд по-своему. Он вновь наполнил пиалы, и Коля с удовольствием выпил. Раскрепощенное алкоголем подсознание внезапно выдало решение.

– Я, кажется, знаю, как спасти вас! – заплетающимся языком сказал он. – Только вы мне не мешайте.

На непослушных ногах землянин поднялся с ковра и побрел к себе в комнату. Он знал, что это невозможно, тем не менее, что-то внутри него уверяло, что все будет хорошо. С трудом Коля добрался до своей комнаты, расстегнул боковой карман комбинезона и достал оттуда игровую приставку. Ту самую, которой развлекался во время полета.

– Вот он, мой пиджачок, висит, – пробормотал он фразу из старого фильма, который российское телевидение вот уже который век упорно показывало в канун Нового года, и пьяно икнул. Затем налил в тазик для умывания холодную воду, и несколько минут держал там голову.

В столовую Коля вернулся уже почти трезвый. Он улыбался во весь рот.

– Вот! – закричал он от двери. – Эта штука вернет вам расположение падишаха.

– Коля, Коля, грешно смеяться над старым джинном. Что может сделать эта маленькая коробочка? Лучше садись и выпей со мной.

– Сейчас объясню, – Коля от нетерпения не мог сидеть, и расхаживал взад и вперед по комнате. Джинн лишь крутил головой в безуспешных попытках не упускать его из вида.

Стараясь говорить как можно понятнее, Коля объяснил джинну принцип игрушки, и как ей пользоваться. Затем, тщательно проинструктировав, уговорил хозяина попробовать.

В течение следующего часа Коля наблюдал, как почтенный джинн молотил кулаками в воздухе, проходя вступительный уровень, где надо было захватить танк в рукопашном сражении. Затем еще полчаса Махмуддин нажимал на невидимые рычаги и педали в завоеванном транспортном средстве.

Наконец, Коля не выдержал и отобрал приставку. Джинн выглядел совершенно ошарашенным.

– Никогда не видел ничего подобного, – признался он. – Принципиально новый подход. Гномы до такого не додумались.

– И не додумаются, не та ментальность. Это вам не чужих жен тискать. Но дело даже не в этом. Как вы думаете, как отреагирует падишах, если вы подарите ему эту штуку? Учтите, это единственный экземпляр во всем вашем мире!

Только теперь джинн осознал всю важность происходящего.

– Коля, ты и в самом деле спасаешь меня. Если я смогу преподнести эту штуковину его величеству, после соответствующих извинений и объяснений, конечно, то могу рассчитывать на полное прощение, и, возможно, верну свою должность. – Махмуддин мечтательно закатил глаза. – Единственная в мире, никому еще не известная игра, и я преподнесу ее падишаху в подарок. Да, это спасение!

Джинн схватил кальян и запыхтел. Постепенно радость, охватившая было его, сменилась глубокой задумчивостью. Он с подозрением посмотрел на Колю.