До конца февраля 1917 года в Санкт-Петербурге несла службу особая караульная рота из заслуженных нижних чинов. Её караулы стояли у подножия памятников Николаю I, Александру III и Александрийского "столпа", увенчанного возлегающим ангелом, - памятника победоносным александровским походам против Наполеона

Как писал Иван Созонтович Лукаш (1892-1940) - сын отставного солдата (судя по всему, павлоградца), выпускник петербуржского императорского университета и русский писатель в эмиграции, - у нижних чинов сей роты мундир был "форменный, чёрного сукна в золотой позумент", в зимнее же время полагались валенки.

Пала эта рота заслуженных солдат-ветеранов последних войн Русской империи как и самодержавие в подлом феврале семнадцатого.

Вымерзли же и вымерли от голода старики-солдаты - гордость русской армии вскоре после октября семнадцатого. Не ведая ничегошеньки о социалистической революции и не понимая её, они, раненые-перераненные старики-ветераны и герои последних русских войн, по словам Лукаша, лежали в занесённой снегом ледяной казарме, надеясь до последнего мига, что всё же сыщется в империи кусок хлеба им, старым солдатам, что защищали её.

Не нашлось.

Кому дело до такой малости. Ведь Ленин, по воспоминаниям Горького, обращался к судьбам людей тогда, когда счёт им вёлся на миллионы.

Вымерзли старые солдаты.

Вымерли, родимые.

Царство им небесное!

И уже мы своих стариков в 1992-1999-х годах очень спокойно, очень деловито оставили на погибель. Надо же прорываться в новую жизнь. Не без жертв. И затем помойки, всё же можно что-то и наскрести. Вон у каждого дома по баку...

Отвернулись и оглохли, ослепли, ровно нет их.

Смертность подпрыгнула тогда, в 1992-м, небывало, нарастая и по сию пору.

Вымирали в крайней нужде прежде всего старики. Многие прежде вынуждены были искать пропитание в помойных отбросах. А после тоже умирали без лекарств и еды.

К какой же справедливости мы тогда смеем взывать? И кто же мы?

Ведь вся наша жизнь взошла на руках стариков, а мы, как и чем отплатили?

Могильными крестами...

То, что делал народ с 1917 по 1999 год, служит доказательством всегда существующей возможности совращения его - поворота на любые действия. Ни о какой мудрости здесь говорить не приходится.

С помощью же современных средств массовой информации людям доступно внушить всё, что угодно. Просто в определённых случаях для этого нужно больше времени и бесстыжей изворотливости.

Свобода предполагает для человека быть чем-то отличным от нуля, которым можно крутить по телевидению и радио в любую сторону.

Свобода предполагает для человека быть чем-то отличным от нуля. Тогда свобода и становится необходимостью. Только тогда, иначе она переходит в свою противоположность и рождает несвободу.

Не ждите меня никогда.

ЧУДЕСА ГОСПОДНИ! КОВАРНОЕ МАСОНСТВО ТРАВИТ, ПРЕСЛЕДУЕТ И, НАКОНЕЦ, УБИВАЕТ ЦАРЯ, ПОТОМ, ЧЕРЕЗ 80 ЛЕТ, ТОРЖЕСТВЕННО ХОРОНИТ. Что уж тут рядить, умеет менять шкуру...

Красные, белые... Те и другие сначала крепко поглумились над старой Россией, монархией, предали и убили своего верховного вождя - царя, кровь которого в одинаковой мере на одеждах красных и белых. Сие отнюдь не преувеличение.

Дерзнуша сотворити, отчего народу телесная и душевная погибели приидоша...

Белые клеймены февральским отступничеством от царя. Все они тогда участвовали в великом празднике "освобождения" народа. Особенную, роковую роль сыграли Гучков и Милюков.

В итоге одни кинулись возрождать национальную Россию, но смогли это проделать уже в эмиграции лишь на словах - в воспоминаниях и художественном слове, посвящённом Родине... Другие, это красные, принялись ещё глубже закапывать национальную Россию, затолкав в одну могилу с убиенным монархом и покрыв всё удушающим саваном молчания, нарушаемом лишь в крайней необходимости бранными выкриками и новыми излияниями лжи - так им Ленин завещал, ложью которого тогда прикрылось злодейство в Екатеринбурге...*

* Читаем в когда-то очень нашумевших "Трёх столицах" Василия Витальевича Шульгина (1878-1976) - как мы знаем, он тайком посетил красную Россию в 1927 году, хотя ОГПУ было осведомлено о его намерении и пропустило его через Россию, дабы использовать будущие воспоминания в пропагандистских целях (мол, всё не так: Россия под властью большевиков возрождается):

"...Я поднялся ещё выше и взял к Михайловскому монастырю (Шульгин посетил свой родной Киев.
– Ю.В.). Вот знакомые, старого, волнующего рисунка ворота в Михайловском подворье. Над воротами, где раньше была икона, в рамочке сосновых ветвей торчит богомерзкая рожа Ленина."