Недаром Господь отметил Ельцина несмываемым позором взрыва дома Ипатьева не кто-то другой, а именно он взорвал и даже не позаботился что-то сохранить от дома, хоть какую-то вещь, хотя бы камень...

Именно этот секретарь Свердловского обкома партии, свирепый партийный давила - другие в обкомы не попадали, - со всей возможной старательностью стёр память о месте гибели царя.

Невыразимо тягостно было смотреть на этого человека, когда он 18 июля 1998 года держал свечу в Петропавловском соборе и напускал на себя личину скорби.

Он притворяется всю жизнь.

И ещё о значении личности.

Кабы советская власть в годы кризиса (1987-1991) выдвинула умного, бесстрашного вождя, она устояла бы, не поддалась бы нажиму масонской Америки. Имея под рукой могучую армию, могучий Комитет государственной безопасности, развитое, а главное самостоятельное народное хозяйство и, что очень важно, всеохватывающие средства массовой (общей) информации, которые позволяли убедительно управлять народным сознанием, такой человек сплотил бы страну и отразил бы все хищные наскоки мировых кровососов.

Система отбирала послушных и бесцветных. Из таких вожди не выходят. Послушные и бесцветные и провалили и своё коммунистическое дело и, осрамив, загубили нашу Россию.

Руководила страной всякая слякоть, ставшая властью не дарованием, а выслугой лет, бюрократическим протиранием штанов. Чиновник не способен возглавить стихию народного движения. Природе стихии соответствует вождь особое состояние духа, особая материя человека.

Путь России...

Билась, билась. Поднялась к жизни.

Поднялась... чтобы стать удобрением для чужой цивилизации.

Черви решают твою судьбу...

В феврале 1917-го было убито лучшее, чем владел русский народ: его естественная, национальная жизнь.

Поднялась Россия, вдохнула всей грудью родной прозрачный воздух - и пала. Пала...

Как с этим смириться?!.

Отняли у России будущее, её родную русскую стать и неповторимость.

С того времени и не слышим твой голос. Все якобы твои речения - вовсе и не твои, чужие. Голос, их произносящий, - не русский. Слова русские, но голос не русский, и слова поэтому чужие... Боже, как же пошла и гадка эта речь!..

Растоптана душа России.

Закопали Россию. Плиту навалили.

Господи, как можно не любить Россию?!.

Не ждите меня никогда. Не ждите!..

В Романовых шло накопление русского духа, русского склада ума, русского взгляда на свет. Это особенно беспокоило врагов Русского государства.

Самодержец, кстати, и в мыслях не имел обогащаться за счёт государственной казны. Он пользовался средствами особо выделяемыми из неё на Двор - и не копейкой больше.

Из посмертного издания "Черёмуха" ("Записки писателя") Михаила Петровича Арцыбашева (1878-1927) - известного русского писателя, оказавшегося с 1923 года в эмиграции, по убеждению - матёрого демократа, врага русской монархии:

"...Ибо обман рассеивается, а правда остаётся...

Нет, русские дети, никогда не забывайте, что сделали с вашей Родиной, с вашими отцами, братьями, сестрами и матерями...

Если мы окажемся способными это забыть и простить, то значит мы были достойны того, что с нами сделали.

Не слушайте людей, у которых вместо... головы - точка зрения...

Самое подлое и гнусное деяние большевиков - это зверское избиение царской семьи.

Я - не монархист... Не потому считаю я это убийство величайшей гнусностью, что убит был именно царь, а потому, что в этом кровавом акте трусливая подлость большевиков выявилась во всей своей ужасающей гнусности...

Как всё это далеко от кровавого мужества Дантонов и Робеспьеров!

Вместо открытого суда перед лицом всего народа - трусливый и тёмный заговор; вместо поимённого голосования - обмен шифрованными телеграммами; вместо зала народного собрания - высокий забор вокруг места убийства; вместо эшафота на площади Революции - подвал в доме Ипатьева...

Предать суду? Но за что судить?

Людовик XVI был судим и казнён не за то, что он был королём, а за государственную измену - за сношение с врагами Франции.

Но и самые озлобленные люди не могли бы предъявить такого обвинения Николаю II, отказавшемуся "открыть фронт немцам", когда это могло спасти монархию, и отказавшемуся подписать позорный для России мир (наподобие преступнейшего Брестского мира Ленина.
– Ю.В.), когда это могло спасти его самого. Нельзя же было судить его за то, что, рождённый императором, он твёрдо верил в своё помазаничество и защищал своё "священное право" на самодержавную власть! За это, конечно, могла его растерзать революционная чернь, но для разумных и честных людей вряд ли было возможно вынести смертный приговор (Арцыбашев позволяет такое недопустимое выражение, как "вряд ли"; это уже оправдание зла и противоречит смыслу его же исповеди.
– Ю.В.)...