– Я догадалась, - тихо прошептала она, но он услышал.

– Я отдам тебе свои записи и дневники. Его оправдают.

– Он умер, два дня назад. В следственном изоляторе, - губы ее дрогнули и по щекам вновь заструились слезы. Она попыталась справиться с собой: Буквально за полчаса до твоего появления у меня ко мне пришел один из охранников. Когда-то я помогла его брату. Он и рассказал , как умер Валера. Знаешь, какие были его последние слова? Он просил вызвать следователя и предупредить меня. А еще он просил... просил... уберечь Мавра.

Я в первую же встречу с ним поняла, что он - другой. Только он - из доброго мира. Валера обладал даром предвидения, а, может быть, и ясновидения. Вот почему он так ясно представлял себе все убий... картину преступления. Вещи, они были для него проводниками в тот мир, куда ему дано было право входить.

Он ушел... забрав с собой Мавра. Значит... Значит, в этом мире им оставаться было тяжко. И вместе быть не суждено. Они ушли в другой приют... Возможно, там будет тише, чище, светлее и милосерднее, но... Но каким безотрадным стал без них мой приют!..
– прошептала она, не в силах справиться со слезами.

Он порывисто обнял ее, прижимая к себе.

– Прости меня, Аглаюшка, прости... Если бы я знал, что среди этих проклятых нескольких миллиардов есть не только ненавистные поводыри. Если бы только знать раньше... А, может, это проклятие рода? Но кто нас так проклял?!! Кто-о-о-о?!!

– Это проклятие всего рода... человеческого. Прости меня, Георгий...

– Господи! Да тебя-то за что?!
– воскликнул он пораженно.

– Если от человека уходят не только грешники, но и праведники значит, он - дитя двух миров: Добра и Зла. И самое трудное испытание сделать правильный выбор, ведь эти два мира так похожи друг на друга, а мы - всего лишь люди.

– У тебя все будет хорошо, - он поцеловал ее в макушку.
– Пойдем я провожу тебя.

– Георгий...

– Аглая...

Они крепко обнялись на прощание и вышли на лестничную клетку. Она не видела, как гибкое тело, в стремительном прыжке, рванулось навстречу брату, впиваясь острыми, сродни тонким крючьям, когтями в лицо и шею. Он страшно закричал. Аглая, взявшаяся было за перила, инстинктивно отпрянула и, теряя равновесие, почувствовала, что ноги неизбежно теряют опору, а ее увлекает вниз по ступенькам. Она закричала, судорожно хватаясь за стены и неловко заваливаясь набок. В окружающем плотном коконе Черного до нее донеслись звуки, среди которых ее тонкий слух, уже на грани потери сознания, уловил жуткое чавкающее урчание, слабые человеческие хрипы и стоны, толчками бьющую кровь и раздирающий душу агонирующий скрежет человеческих ногтей по кафелю лестничной площадки. А потом Черное сжалилось над ней, милосердно лишив звуков, запахов и вообще всех ощущений...

Взору приехавшей за считанные минуты милиции, вызванной потрясенными соседями, предстало зрелище, достойное самых крутых фильмов ужасов. На площадке между первым и вторым этажами без сознания лежала женщина, со следами крови на лице и одежде. Чуть выше - непосредственно на площадке второго этажа в луже крови плавал мужчина, чье лицо и шея представляли собой сплошное рваное, кровавое месиво. Повидавшие немало на своем веку оперативники, опрометью кидались в углы, тщетно пытаясь справиться с желудочными спазмами. Через несколько минут на место происшествия прибыл начальник уголовного розыска Александр Иванович Кривцов, опознавший в женщине жену Осенева - Аглаю. Она была срочно госпитализирована.

Что касается мужчины, то даже беглого взгляда на него было достаточно, чтобы понять: с такими ранами люди не живут.

– Интересно бы знать, кто мог его таким образом отделать?
– ни к кому, собственно, не обращаясь, вслух заметил Миша Жарков.

– Для начала неплохо бы установить личность самого потерпевшего, хмуро проговорил Кривцов.
– Прямо эпидемия какая-то в городе! Хоронить не успеваем.

– Разрешите, товарищ майор, - обратился к нему молодой сержант.
– Со слов соседей, опознавших убитого по одежде, это - Георгий Чистяков. Его квартира как раз напротив.

– Хорошо, продолжайте работать.

Кривцов подошел к криминалистам.

– Есть что-нибудь?

– Да как сказать...
– неопределенно заметил пожилой эксперт. Он поднял на Кривцова спокойный, мудрый взгляд: - Предварительно могу сказать - кошка поработала.

– Кошка?!
– не веря, воскликнул Кривцов.
– Какая?

– Ну, за породу не скажу, но экземпляр достойный и довольно крупный.

– Имитация возможна?

– Нет, - усмехнулся эксперт, покачав головой.
– Человек слишком оторвался от природы, уважаемый Александр Иванович, чтобы еще помнить и владеть подобными навыками.

– И что вы думает обо всем этом?
– Кривцов обвел рукой место происшествия.

– На мой взгляд, отдавленной лапой либо хвостом здесь и не пахнет. Все гораздо серьезнее. Кошки - весьма загадочные и независимые существа. Недаром, многие народы почитали их за священных. А в наши дни кое-кто вообще уверен, что они имеют внеземное происхождение. Что же касается данного случая... Не буду утверждать, но, по-моему, мы имеем дело с местью, причем, с самой лютой и беспощадной формой ее проявления. У природы, дорогой Александр Иванович, - вздохнул эксперт, - свои законы и понятия о правосудии. А сейчас. Извините, надо еще кое-чем заняться.