– Чуй!

Но только ее рука коснулась бластера, как лицо исчезло. Но, без сомнения, это были те же глубоко посаженные глаза, выступающая челюсть и серого цвета кожа. Чубакка моментально подскочил с самострелом наизготовку.

– Один из тех, кто напал на нас на Биммисаари, – сказала принцесса.

Но сколько ни напрягалась, никого не почувствовала.

Никого.

– В том окне, – добавила она, указывая бластером, – он был прямо здесь.

Чубакка рявкнул, выстрелил для порядку, заслонил Лейю массивным телом от окна и, мягко оттесняя назад, двинулся к укрытию. Ралрра и Салпорин были уже у дома, каждый с парой откуда-то появившихся острых ножей. Они распластались по обе стороны от входной двери, которую Чубакка разнес блистательным выстрелом из самострела.

Где-то в центре поселка раздался рев, длинный протяжный вой вуки, полный ужаса и тревоги, эхом прокатился по постройкам и деревьям. Еще до того, как Ралрра и Салпорин исчезли в доме, вой был подхвачен другими голосами и нарастал, казалось уже полпоселка охвачено им. Лейя плотно прижалась к мохнатой спине Чубакки, дрожа от разящей свирепости этого звука, и вспомнив шум и гвалт на биммисаарской площади после кражи драгоценностей.

Тогда-то это были маленькие смешные желтые биммы. А теперь – здоровенные сильные вуки.

Пока Ралрра и Салпорин обследовали дом, а Чубакка, не отвлекаясь ни на что постороннее, держал его под прицелом, вокруг начала собираться большая толпа. Оба вуки, не замечая собратьев, исчезли в противоположной стороне дома. Они вновь появились двумя секундами позже с видом охотников-неудачников.

– Он был здесь, – настаивала Лейя. – Я его видела.

– Или так... – задумчиво протянул Ралрра, пряча ножи в ножны под перевязью; Салпорин, чье внимание было еще обращено к дому, держал свои наготове, – но мы не нашли ничьих следов.

Лейя облизнула губы и осмотрела пространство вокруг. Не было ни одной постройки, куда можно было проскользнуть, не будучи замеченным ею или Чубаккой. С этой стороны дома, не было ничего, подходящего для такого дела, а с другой стороны просто не было ничего: там поселок кончался.

– Он ушел за край, – вдруг поняла она. – Он должен был так поступить. Либо он спустился прямо под поселок с помощью специального снаряжения, либо парит на чем-нибудь там внизу, либо просто ловко сиганул на ветки под поселком.

– Это очень непрросто, – подхватил Ралрра. – но возможно. Я отпрравлюсь на лифте и посмотрррю, нет ли его там.

Чубакка потянул его за лапу, чтобы остановить, несогласно ворча.

– Ты прррав, – согласился Ралрра неохотно. – Твоя безопасность, Лейяорррганасоло, горраздо важнее. Сначала обеспечим безопасность, а затем рррразберемся с чужаком.

Безопасность. Ха! Лейя опять посмотрела на дом, и дрожь пробежала у нее по спине. Удивительно, что для нее вообще может существовать такая вещь, как безопасность.

18

Резкая трель, раздавшаяся где-то далеко позади, вырвала Люка из объятий дремоты. Этот способ пробуждения был не самым приятным, но, увы, успешно становился самым привычным.

– Ладно, Р2Д2, я уже не сплю, – сонно пробормотал он и попытался протереть глаза.

Костяшки его пальцев глухо стукнулись о забрало шлема. Удар немного разогнал туман, окутывавший его рассудок. Он не мог точно вспомнить обстоятельства входа в транс, но интуитивно чувствовал, что Р2Д2 разбудил его слишком рано.

– Что у нас плохого? – поинтересовался он.

Трель зазвучала тревожнее. Пытаясь сосредоточиться, Люк отыскал глазами дисплей. И не сразу сообразил, что тот мертв. Равно, как и все прочие приборы. Только тогда Скайуокер начал припоминать. Он застрял в глубоком космосе, вся аппаратура «крестокрыла», кроме аккумуляторов Р2Д2 и минимальных систем жизнеобеспечения пилота, обесточена.

А Р2Д2, надо полагать, терзает новую подпространственную антенну. Поморщившись от боли в затекших мышцах шеи, Люк обернулся к дроиду, желая узнать, что могло в этой глуши и в это время случиться, и чуть не подпрыгнул от удивления.

К ним быстро приближался другой корабль.

Теперь уже полностью проснувшись, Скайуокер быстро развернулся к панели управления, переключая батареи на максимальное напряжение Но это был просто рефлекс. Чтобы даже на скорую руку разогреть двигатели «крестокрыла», требуется не меньше пятнадцати минут, о боевых системах и говорить нечего. Если незваный гость окажется настроен недружелюбно...

Используя аварийные маневровые двигатели, Люку удалось развернуть «крестокрыл» носом к незнакомцу. Приборы начали оживать и подтвердили то, что говорили ему его глаза: это было пожилая кореллианская фура средних размеров. Империя такие транспортники обычно не использует, да и на его броне имперских знаков различия не наблюдалось.