Гарсон улыбнулся и ответил:

– Арестовать? У вас приказ арестовать этого человека? И что вы с ним будете делать? Держать в заключении семь лет, пока не придет смена? А потом отошлете его на Землю для суда? Нет... такая трата денег. Если я знаю ОМП, вам будет приказано организовать несчастный случай. Пусть глотнет вакуума. Нет?

Капитан замигал, выглядел он виновато. Гарсон сказал правду.

– Нет, - продолжал Гарсон, - я ваши приказы не видел, но я знаю, что в них. Я знаю также, что вам не хочется их выполнять. Такие дела так просто с рук не сходят. Если вы выполните приказ, всю жизнь будете находиться в руках начальства. Нет, вы не хотите выполнить эти приказы.

Капитан становился все напряженнее. Гарсон догадался верно.

– Вот что я сделаю. Пошлю сообщение на Землю, что Тамил Джафари жива и находится на Пекаре. И что, следовательно, нет законных причин арестовывать мистера Осика. Запрошу, что делать с мистером Осиком? А когда сорок пять лет спустя придет ответ, кто-нибудь другой будет здесь на посту, а нас всех давно уже не будет.

Капитан оказался упрямым человеком, который боится начальства. Он покачал головой, посмотрел на пол, думая о своем положении, и я понял, что он не согласится на план Гарсона.

– Но...
– начал он.

– Но тем временем, - прервал его Гарсон, - Пекарь - очень опасная планета. Вы знаете, почему мы здесь. Через несколько недель - тем или иным путем - на Пекаре будет единое правительство, и ваша миротворческая миссия окончится, вы сможете возвратиться домой. Но в предстоящей битве погибнет много людей. Кто знает? Может, среди тех, кому не повезет, окажется и мистер Осик? И вы сможете отправить своему начальству сообщение, что задание выполнено, прежде чем оставите эту груду пыли.
– Гарсон обещал, что я погибну на войне. Смуглый маленький капитан задумчиво, но явно облегченно кивнул, потом сделал знак своим солдатам. Они расступились и пропустили меня.

Гарсон посмотрел на меня, подошел и погладил мои седые волосы. Потом сказал самураю:

– Поместите его в задней части шаттла. Степень охраны С.

Я пошел в шаттл, и самурай зашагал рядом со мной. Дорогу мне преградила коляска Тамары, и я посмотрел ей в темные глаза, на черные волосы. Она немного поправилась и больше не казалась такой истощенной. Рука отросла прекрасно. В целом ее внешность не изменилась. Не шевеля ни одной мышцей, она двинула коляску в сторону, словно давая нам возможность пройти.

Электрический мотор негромко жужжал. В глазах Тамары были страх и мольба.

– Что с тобой произошло?
– спросил я.

Самурай тронул меня за руку и заговорил по-японски, его переводчик выплюнул:

– Не разговаривать. Ни с кем нельзя разговаривать на борту шаттла.

Я посмотрел Тамаре в глаза. Она боялась говорить открыто. Самурай провел меня мимо Тамары в небольшое помещение с мягкими креслами и баром. Там сидело два человека, одетых так же, как я, под охраной самураев.

Я сел. Шаттл вмещал около трехсот пассажиров. В окно я видел меньшую луну Пекаря, синюю, усеянную десятью тысячами кратеров. Пронзительно горели звезды. Меня трясло, я хотел убить капитана ОМП и его начальников и помочь Тамаре, хотя и не знал как.

Немного погодя в помещение вошел сам Гарсон. Он потрепал меня по плечу, как старого друга. Он курил сигарету.

– Мне не хотелось помещать вас сюда, дон Анжело. Надеюсь, вам здесь удобно. Понимаете... Боже, как вы похожи на старого генерала Торреса! Мне хочется отдавать вам честь! Я предпочитаю держать вас подальше от химер.

– Понимаю, - ответил я.

Он внимательно взглянул на меня.

– Сколько из них до сих пор привязалось к вам?

– Пятеро, - ответил я.

Он явно испытал облегчение.

– Так мало? Ну, пятерых мы можем списать. Будем считать это компенсацией. Я у вас в долгу за спасение Тамары. Ее информация помогла подавить сопротивление в Аргентине.

Он почувствовал мое удивление.

– О, да, мы получили несколько месяцев назад сообщение. Последние остатки никитийских идеал-социалистов уничтожены в Латинской Америка через два года после нашего отлета. И во многом благодаря сведениям Тамары.
– Он говорил так, словно хвалил умственно отсталого ребенка.
– Она очень способная женщина. Она стала .. необходима... моей будущей разведке.

Похоже, у Тамары особый дар становиться необходимой. Я вспомнил, как Джафари хотел заключить ее в мозговую сумку. Гарсон делает то же самое: в сущности он добился успеха там, где потерпел поражение Джафари. Тамара находится в отличной маленькой тюрьме - в теле, которое не может контролировать. О, ее речь не поражена, когда она говорит через симулятор. Гарсон, очевидно, снабдил ее мозг клонированными нейронами, применил средства для роста нервной ткани - но только к части мозга, к той, которая руководит высшими функциями.