Я ей хотел сказать, что для нее это было два года назад, но для меня с тех пор прошло всего несколько часов. Посмотрел ей в глаза и увидел только мягкость и радость. Никогда раньше не было в ее взгляде ничего, кроме холодного расчета и иногда гнева. А теперь глаза у нее яркие, живые, счастливые! Словно она воскресла после смерти.

Такое изменение невозможно. Я вздрогнул. Мне показалось, что земля подо мной зашевелилась. Она потянула меня за руку к двери.

– Пойдем возьмем твои вещи.

Абрайра вывела меня в ночь. Поднимался резкий ветер, предвестник бури. За зданием стоял грузовик, на нем пластиковые контейнеры с вещами. На двух ящиках было мое имя. В одном боевой защитный костюм; в другом хрустальный нож, маленькое складное лазерное ружье Тамары, моя медицинская сумка и небольшая коробка с сигарами. Из сооружения дальше по дороге слышался непрерывный крик: "Домой! Домой!"

Я совершенно отупел. Невозможно измениться, как изменилась Абрайра.

– Надевай костюм, - сказала она, - и не снимай, пока война не закончится. Он слегка отличается от старой модели, тяжелее, не так хорошо уравновешен. Тебе нужно привыкнуть к нему.

Я снял кимоно и обувь и принялся одеваться. Абрайра помогала соединять части, словно одевала инвалида или любовника. Она низко пригнулась, поправляя грудную пластину, и я вдохнул запах ее волос, ее пота. Теплый и мускусный.

У меня началась эрекция, и я был рад, что она скрыта под вооружением. Молодое тело реагировало на женщину так, как я уже и забыл.

Абрайра открыла карман у меня на бедре и достала несколько небольших тюбиков.

– Ты должен научиться сам чинить свою защиту. Нужно заполнять краской трещины доверху. А если будет дыра, залей веществом вот из этой зеленой канистры. Оно называется "вспышка". Я тебе покажу почему...

Она выставила телескопический ствол моего маленького лазера и выстрелила мне в ногу. Ярко-зеленое пламя вспыхнуло в месте соприкосновения.

– Обратную строну покрывай из этой синей канистры.
– Она выстрелила мне в ногу сзади, послышался резкий свист. Абрайра говорила уверенно, как самурай.
– Это называется "крик". Если увидишь такую вспышку или услышишь такой свист, это означает, что в тебя попал снайпер. Немедленно принимай меры. Ясно?

– Да, ясно.

– Хорошо. Позже мы тебя научим тому, что необходимо, чтобы оставаться живым.
– Она говорила озабоченно. Сложила лазерное ружье и спрятала его в карман моего костюма. В правой ноге оказался разрез, а в нем тонкий, но острый нож-мачете. Абрайра достала его и хотела положить на это место мой хрустальный нож, но решила, что он не войдет. Проверила несколько карманов на поясе и поняла, что ни один не подходит. Я взял нож и начал прикреплять на браслете ей к запястью. Она улыбнулась, довольная подарком.

Я сказал:

– Я видел, как люди сражались в симуляторе - трое против множества. Ты можешь научить меня тому, что они знают? Этим состояниям сознания? Munen. Мгновенность. Чему еще вы научились?

Она взглянула мне на ноги.

– Ты видел наших самураев-химер. Они воевали с людьми. Я не могу научить тебя тому, что они знают. Ты слишком... человек. Понимаешь?

– Ты хочешь сказать, что у меня нет генетического потенциала. Но самураи, которые вас учили, тоже его не имеют. Однако чему-то они вас научили. Никто из вас не мог сражаться так хорошо два года назад. Я могу узнать то же, что они!

– Может быть, со временем. Но у нас нет доступа к мониторам с биологической обратной связью, которые нужны при обучении Полному Контролю. Мы принимали наркотик, который помогает достичь Мгновенности, какое-то вещество с Эридана. Я тебе достану. Через несколько недель ты сможешь вызывать это состояние без помощи наркотика, когда тебе угрожает опасность. Но у тебя не будет времени для тренировки.

Я печально улыбнулся. А Гарсиа затратил столько времени, пытаясь убедить Завалу в превосходстве генетики и подготовки самураев. Теперь все ясно: у них более мощные медикаменты. Интересно, вернул ли Завала деньги.

По-прежнему слышалось скандирование:

– Домой! Домой!

Я посмотрел Абрайре в глаза.

– А каковы мои шансы? Без тренировки? Что говорит компьютер?

– Не очень хороши.

– Насколько?

Абрайра пожала плечами, ей не хотелось говорить.

– Один на сто. Но шансы лучше, если будешь держаться с нами. Не расстраивайся. Разве не ты однажды сказал: "Будущее кажется мрачным тем, кто отказывается видеть цветные сны"?

– Не я это сказал.
– Я кивнул в сторону старого амбара, где мои компадрес разогревались для нового мятежа.
– Мне кажется, я должен быть с ними. Не думаю, что буду вместе с вами воевать против ябадзинов. Прости.

– Если корпорация Мотоки будет настаивать, ты ничего не сможешь сделать, - сказал из-за моей спины Перфекто. Я обернулся. Не слышал, как он подошел. Он стоял в двадцати метрах от меня, у здания. Вместе с ним Мигель. Они подошли, обняли меня, похлопали по спине, улыбаясь.
– Как приятно, амиго. Давно мы не виделись.

– Слишком давно, - сказал я.

Абрайра подобрала мои сигары и кимоно.

– Пойду поищу тебе место для сна.

Она пошла к дому, и я болезненно осознал, как ее бедра колышутся под кимоно.