– Последнее мне кажется верным, - вздохнул философ.
– Если Лал Богини Судеб пропадает, так он пропадает навсегда.

– Точно, - закивал Маршалл.
– Легенды гласят, что первым им завладел король паландийский - была такая страна на юго-востоке, Паландией называлась... Так вот, в тот момент, когда благоточивый король произносил Лалу свое пожелание, в спину ему вонзилась стрела с наконечником, обмазанным ядом. Бедолага скончался на месте. Выхватив сокровище из его холодеющих рук, паж Алоаний вскочил на коня и был таков - затем пажа на дороге схватили разбойники и повесили, а Лал, конечно, забрали себе. Но они понятия не имели, что он обладает магическим свойством, а потому продали его за корабль, полностью оснащенный и груженый золотом.

Купец, без раздумий отдавший корабль за лал, отлично был осведомлен о его возможностях, а потому не стал медлить и изменил свою судьбу. Может, ты слышал, Гвидо, о схимнике Иерониме? Вот это и есть тот самый купец. Он мечтал отойти от дел давно, но алчность, коей он страдал от рождения, не позволяла. Такое, представь, столкновение двух сил в душе одного человека: доброта и благочестие против почти безумной жадности. Камень Богини Судеб помог первому победить второе, и в результате наш купец ушел в горы, где прожил до глубокой старости, всей округой почитаемый и любимый. Говорят, умирая, он сказал, что никогда не был так счастлив, как в последние пятьдесят лет...

Ты сам понимаешь, что при таком образе жизни бывший купец не особенно дорожил своим сокровищем. Еще по пути в горы магический рубин украл у него прохожий на постоялом дворе...

– Надоело!
– проскрипел злобный старикашка Заир Шах.
– Все знают эту историю, Маршалл. Не отвлекай достопочтенного Гвидо от его важных дел.

– Нет-нет, - улыбнулся Гвидо.
– Мне очень интересно послушать сию историю. Право же, отец никогда не баловал меня сказками...

– Это не сказка, - обиделся Маршалл.
– Это правда. Ну, ты же сам видел Лал!

– Откуда мне знать, обладает он такими удивительными свойствами или нет.

– Обладает!
– проревел тимит, потеряв терпение.
– Еще как обладает!

– Да, Гвидо, Маршалл прав, - вступил и Бенино.
– Лал Богини Судеб действительно чудодействен. Только, кажется мне, мы должны вернуться к делу.

– Так вы позволяете мне осмотреть ваши комнаты?

– Осматривай, - махнул рукой философ.
– Можешь начать с моей.

* * *

Конечно, осмотр комнат ничего не дал. Гвидо нашел массу интересных вещей (в частности, в дорожном мешке Леонардаса грустно покоился Красный Отец - гранат, насильственно извлеченный вором из футляра, а в изголовье ложа Заир Шаха лежал мешочек с оранжевыми шпинелями), но только не Лал Богини Судеб.

Бенино был не на шутку расстроен: он никак не ожидал, что большая часть присутствующих в доме его друга окажется нечиста на руку. Как же так? Маршалл украл черную жемчужину, Заир Шах - целую горсть шпинелей, а Леонардас - самого Красного Отца! Теперь он не удивился бы, если б у Лавинии обнаружился аметист или розовый жемчуг, тоже прежде принадлежащий Сервусу Нароту.

Сидя в комнате Заир Шаха, обозленного донельзя тем, что шпинели забрали у него обратно, Гвидо и Бенино вполголоса говорили о тех местах в доме, где можно было бы спрятать искомый лал. Они перебрали чуть не каждый уголок, и Ламберт по их просьбе ходил и проверял, но - ничего не нашел.

– А скажи мне, Заир Шах, - вежливо обратился Гвидо к шипящему от бессильной злобы астрологу.
– О чем ты говорил с нашим уважаемым хозяином в ночь его гибели?

– Я?
– сделал круглые глаза противный старик.

– Ты.

– Хм-м...
– после утраты шпинелей Заир Шаха уже ничто не страшило. Да, я говорил с ним. Ну и что тут такого? Бессовестный обманул меня! В письме он сообщил, что хочет по сходной цене уступить мне диадему Лотта так она называется, очень дорогая вещь. Я бросил все дела и приехал, а здесь оказывается, что он передумал! Он, видите ли, передумал! Какая наглость! Я всю жизнь мечтал о диадеме Лотта, а он... он... Он украл мою мечту!

– Я понял, - закивал Гвидо, - я понял, любезнейший. Об этом ты и толковал с ним той ночью?

– О чем же еще?
– огрызнулся все ещё раздраженный неприятным воспоминанием старик.

– Очень хорошо...

– Чего хорошего?
– Заир Шах сложил на груди ручки и отвернулся к стене.

– Итак, - забыв о старике, Гвидо вновь говорил с Бенино, - поглядим, у кого же был повод убить Сервуса. Во-первых - не сердись, друг, - у тебя. Ты - его наследник, и будь на моем месте сторонний наблюдатель, он без сомнений свалил бы всю вину на тебя. Я же пока сомневаюсь. Во-вторых - у нашего уважаемого Заир Шаха.

– Что-о-о?
– оскорбленный до глубины души астролог повернул к ним свою страшную физиономию.

– Сервус Нарот обманул тебя, и был, разумеется, не прав. Правду сказать, я не стал бы убивать по столь ничтожной причине, но - всяк мыслит по-своему. В-третьих, у того, кому был необходим Лал Богини Судеб. Леонардас?.. Маршалл? Не знаю...

– Ясно, - надулся Бенино.
– Это, наверное, я убил Сервуса и толстяка.

– Я не обвиняю тебя. Я просто ищу - ищу всеми возможными путями.