Если же говорить о самой операции, то лично я в ней не участвовал. Прошла она 2 декабря. Я приступил к работе в конце ноября. Впрочем, цели, которые ставило перед собой руководство СБП, мне абсолютно понятны. Да, получилось, может быть, и жестковато. Но как иначе можно было остановить наглое вхождение Гусинского во власть? Он к тому времени потерял уже всякий стыд. Открыто подкупал чиновников, заставляя их работать не на интересы государства, а на свой карман. Открывал ногой двери во многие кремлёвские кабинеты, пропихивал на важные посты «ручных» людей, подбирался к семье президента.

Да и та вооружённая кавалькада, которая постоянно носилась по Новоарбатскому проспекту, по президентской трассе, не могла оставлять СБП равнодушной.

Роль банкира явно перестала удовлетворять Гусинского. Он желал стать серьёзной, ключевой фигурой в политике и для этого не жалел ни денег, ни сил. Но никто, кроме Коржакова, образумить его не решался.

Операция у «Мост-банка» наконец-то показала, что миллионы решают далеко не всё. Согласно третьему закону Ньютона, на любое действие всегда найдётся равное противодействие. Своего Коржаков добился. Гусинский из России сбежал. Однако планы «мирового господства» по-прежнему его манили. Он продолжал плести невидимые сети из-за рубежа.

Банкир использовал все свои силы, чтобы восстановить прежнюю мощь. Мы знали, что он пытается выйти на семью президента. Действует через ельцинских помощников - Сатарова, Батурина, Лившица, «писателя» Юмашева. Кое-кто из «заступников» даже приходил к Коржакову. Например, Сатаров - просил не трогать Гусинского, простить. Он, дескать, хороший, его просто не так поняли.

– Давайте не будем обрубать парню надежду восстановить доброе к себе отношение, - предложил я шефу, когда узнал о телодвижениях ходоков.
– Мне кажется, лучше установить с ним оперативный контакт.

Расчёт был прост. Зная болтливость Гусинского, его экспрессивность, я предполагал, что он может рассказать нам много интересного. Коржаков с моими доводами согласился.

В мае 1995 г. я вылетел в Будапешт. Именно в венгерской столице Гусинский пожелал встретиться с представителем СБП.

Уламывали его долго. Несколько месяцев было потрачено лишь на то, чтобы убедить банкира в необходимости такой беседы. Сначала он отказывался. Потом поставил условие: будет говорить только с самим Коржаковым. Затем долго выбирал место: в России встречаться не хотел наотрез. В итоге снизошёл до меня.

Увидеться довелось в будапештской гостинице «Форум». В назначенный день я прибыл к берегам Дуная.

Зарегистрировался, отнёс в номер вещи. Сел в холле, чтобы выпить чашку кофе. Вдруг по холлу, как комета Шумейкера-Леви, пронёсся мой будущий визави, за ним - жена, за женой - три охранника.

Словно заведённые, они метались по гостинице.

Меня, понятно, не замечали. Я-то Гусинского знал в лицо, а он меня - нет. Глядя на «броуновское движение» банкира, я внутренне как-то успокоился. Понял, что ЭТОГО человека разговорить будет не трудно - не понадобится никаких особых ухищрений.

Так и вышло. Наутро, после завтрака, мы встретились.

– Здесь слишком много людей, - сказал Гусинский, насторожённо озираясь по сторонам.
– Перейдём в другое место.

Пока мы шли к соседнему отелю «Атриум», я имел возможность рассмотреть главу «Мост-банка» получше.

Это был уже не тот вальяжный, самоуверенный господин, которого мы видели на телеэкране. Плечи у Гусинского были опущены, взгляд - поникший. Видно, сказывался постоянный страх за свою жизнь.

– Владимир Александрович, вы не находите; что во всём случившемся виноваты вы сами?
– сразу же, с места в карьер начал я.

– В чём это я виноват?
– завёлся он с пол-оборота.

– Интересно, а как мы, государевы слуги, должны были смотреть на ваше поведение? На то, как вы впихиваете во власть людей, подкупаете чиновников?

– Но мы же опора власти. Мы - капитал. На нас зиждется всё.

При этих словах лицо его приобрело прежнюю значимость.

«С таким лицом, - подумалось мне, - надо фотографироваться для предвыборных плакатов».

– Э-э нет, Владимир Александрович. Те методы, которыми вы действуете, только приводят к сращиванию капитала с властью.

– А ваши методы - что, хороши? Этак вы просто останетесь без денег накануне выборов!

Разговор явно переходил не в то русло. Следовало переменить тему.

– Нам известно, что вы очень тесно дружите с людьми из близкого окружения президента. Используете руководителей правоохранительных органов в своих интересах. Нехорошо...

– Вы, наверное, имеете в виду руководство ГУВД? Ну да, мы очень тесно с ними сотрудничаем. Не раз помогали им информацией. Бывало даже так, что сотрудники моей службы безопасности и ребята из РУОПа вместе выезжали на операцию. Клали бандитов мордой в грязь, как вы тогда меня в декабре... А то, что они у меня берут? Так уж пусть лучше берут у меня, чем у бандитов.