Шрифт:
Резванов посмотрел на Полуяна с искренним удивлением.
— Игорь, можно подумать, что ты готовился к нашему разговору и штудировал при этом Уголовный кодекс! Если честно, я потрясен.
— А ты не трясись. Чтобы защитить свое право заниматься производством, обороняться от грабителей и чиновников, которые зачастую оказываются одними и теми же людьми, мне пришлось купить Свод законов и читать его вечерами вместо Священного писания. Если тебе все ясно, ответь на мой вопрос.
— Постараюсь тебя успокоить. Для придания акции законного характера с группой военных профессионалов будет заключен контракт на проведение диверсионной акции в горных районах Чечни. Это даст группе возможность вооружиться, передвигаться с оружием по территории России, наконец, вести боевые действия против незаконных вооруженных формирований.
— Кто с нами заключит такой контракт?
— Давай пока не будем об этом. Во всяком случае, его заключит с нашей группой контора, облеченная законом на такие действия.
Полуян молча протянул руку Резванову и положил ее вверх открытой ладонью. Резванов щелкнул по ней двумя пальцами.
— Забито. И еще вопрос. Кто из вас вышел на это дело?
— Я, — сказал Ярощук, еще и не подозревая в какое опасное положение мог поставить и себя, и миссию по привлечению к делу Полуяна.
— Как это произошло?
Ярощук потянулся и свел вместе лопатки за спиной. Он засиделся и у него побаливал позвоночник.
— Трудно сказать, как оно произошло. Меня хотели прихватить на живца. На одну актрисульку…
— Я знаю, как это бывает, — усмехнулся Полуян. — Меня самого тоже однажды именно так и закадрили. «Меня надо убить, — это она говорила. — Я так утомилась…» И все натурально! Ах, девочка-очаровашка…
«Меня надо убить. Я так утомилась», — эти слова Валентины Зеркаловой Ярощук очень хорошо запомнил, и странное совпадение его сразу заставило насторожиться.
— Откуда эти слова?
— Эти-то? — равнодушно ответил Полуян. — Из «Чайки». Антон Павлович Чехов, — в голосе Полуяна звучала ирония.
Резванов смотрел на Ярощука страшными глазами, пытаясь хоть как-то передать ему свое беспокойство, остановить его но тот ничего еще не понял.
— Как фамилия твоей жены? — спросил он. — Если не секрет, конечно.
— В суровой армейской жизни она носила фамилию Полуян. А вот в счастливых своих мечтах называла себя народной артисткой Зеркаловой… Валентина Зеркалова — так должны были бы писать крупным шрифтом на афишах. Вроде Алла Тарасовой. Правда, дождаться этого ей, кажется, не удалось. Впрочем, я не знаю, давно потерял ее из виду. И не жалею, честно говоря…
Ярощук глубоко вздохнул, поперхнулся и закашлялся. Полуян участливо стукнул его по спине, помогая одолеть кашель. А Ярощук обалдело думал: «Как это я не ляпнул фамилии актрисульки! Вот было бы дело!»
Чтобы уйти подальше от фамилии, прозвучавшей в разговоре, и отвлечь от нее внимание, Ярощук спросил:
— А кто из вас от кого ушел? Ты от нее или она от тебя?
— Мужику трудно сознаваться, что от него уходит женщина, но ушла она.
Ярощук вздохнул.
— В жизни всегда есть место подлости.
Часть четвертая. Сполохи над Аргуном
Из радиоперехвата, сделанного разведотделением штаба войсковой группы.
Полковнику БОЙКО Г. И.
22.10. Неизвестная рация в районе высоты 1625 южнее Ведено, позывной «Ахмет». И рация в районе горы Баумкорт (отметка 1661) Итум-Калинского района с позывным «Чадыри».
«Ахмет»: Астемир, нас здесь беспокоит один момент. Через соседей с востока к вам направлялась группа специалистов Ханпаши Хамидова. Вел ваш проводник Ихороев. Первый контрольный пункт в Эчеде она прошла нормально. Затем связь прекратилась. Что у вас по этому делу?
«Чадыри»: «Ахмет», я этим занимаюсь сам. Группу Ханпаши встречали мои люди. От них тоже нет известий. Что там произошло не могу сказать. Пока у меня одно предположение. В горах прошла буря. Пролился дождь. Сильный. Были оползни и обвалы. Группа могла задержаться. Я с отрядом пройдусь по маршруту и все проверю. Не беспокойтесь.
«Ахмет»: Астемир, очень прошу тебя — не расслабляйся. Если это стихия — одно дело. Но у нас есть опасения, что там могут оказаться федералы. Было известие, что диверсионная группа контрактников вышла в район Кенхи. Прошло много времени, наши там эту группу ждали, но она не появилась. Астемир, будь осторожен. На перевале могут оказаться федералы.
«Чадыри»: «Ахмет», спасибо за предупреждение. Мы всегда осторожны и все проверим точно. Сделаем дело — сообщим".
Примечание: Рация с позывным «Ахмет», судя по ее расположению, организационно находится в подчинении Аслана Масхадова. «Чадыри» — скорее всего позывной полевого командира Астемира Везирханова, отряд которого действует в Итум-Калинском районе.
1
Меир Бен Ари закончил юридический колледж в США, где его отец, гражданин Израиля, работал в консульстве своей страны. По закону Бен Ари был призван в израильскую армию, прошел курс начальной военной подготовки, затем после сурового тестирования получил предложение продолжить службу в специальном антитеррористическом подразделении разведслужбы. Важную роль в назначении сыграло знание им четырех языков, в том числе русского и арабского.
По долгу службы Бен Ари участвовал в нескольких боевых операциях, был ранен в руку и награжден военной медалью. После стажировки в штаб-квартире разведывательной службы «Моссад» стал помощником военного атташе в посольстве Израиля в Вашингтоне, где занимался вопросами антитеррора.
В Вашингтоне Бен Ари встретился и познакомился с Георгием Бойко, который работал в военном атташате советского посольства.
И вот теперь, по договоренности с полковником Бойко, он ожидал прихода некоего Полуяна, которого тот настоятельно рекомендовал, как крупного специалиста-диверсанта. Сам Полуян, демонстрируя пунктуальность, появился на Большой Ордынке за три минуты до назначенного времени.
У входа его уже ожидал Бен Ари, и они вместе прошли в помещение, отведенное для переговоров.