– Вы определили каким?

– Нет пока, но это не составит труда. Полисмены получили дозу парализующего яда, имеющего лишь временное действие. Я немедленно отправлю пробы на анализ в столицу.

– Спасибо, доктор. Я свяжусь с вами после обеда.

Снова накрыв лицо покойного простыней, я пошел к выходу. Оказалось, что полисменов уже привели в чувство и отпустили из больницы. Они ждали меня в полицейском управлении. Я решил немедленно их допросить.

– Черт возьми, как это случилось?
– набросился я на них, едва они переступили порог кабинета шефа местного отдела уголовного розыска.
– Вам было велено охранять раненого и никого к нему не пропускать.

Они понурили головы, вид у них был такой, словно несчастнее людей на свете нет.

– Вы что, языки проглотили?
– закричал я.
– Я желаю услышать, как это произошло, почему вы нарушили мой приказ. Хороши полицейские! Не справились с простейшим заданием. Кимутаи, сделайте милость, ответьте на мой вопрос.

– Афанде, в десять минут двенадцатого кто-то постучал в дверь. Я хорошо помню, когда это случилось, потому что посмотрел на часы. Мы только заступили на вахту, сменив первую пару часовых.

– Смена была в одиннадцать?

– Так точно, сэр.

– Продолжайте.

– Нам было приказано никого не впускать в палату. Я напомнил об этом своему напарнику - констеблю Оньянго, он может подтвердить.

– И все-таки оба вы умудрились этот приказ нарушить!

– Сэр, вот как было дело...

– Кимутаи, мы не намерены с вами миндальничать!
– гаркнул я громче, чем сам того хотел.
– Вы впустили в палату посторонних, несмотря на категорический запрет!

– Сэр...

– Меня интересуют факты, а не ваши эмоции. Итак, в дверь постучали. Кто ее открыл?

– Констебль Оньянго, сэр.

Я перевел глаза на трясущегося мелкой дрожью констебля.

– Какие меры предосторожности вы приняли?

– Сэр, я держал пистолет наготове.

– И что же?

– Констебль Оньянго открыл, и мы увидели на пороге европейцев - доктора и сестру. Оба были в белых халаах, сэр.

– И вы спрятали оружие. Разве может белый, да к тому же доктор, оказаться злодеем? Не так ли, Оньянго?

– Простите, сэр...

– Так или не так?

– Так, сэр.

– Дальше.

– Белый сказал, что он доктор Ринглер или Ринклер, что, мол, пришел осмотреть раненого, - продолжал Кимутаи.
– Я спросил, где он работает, и он ответил, что здесь, в этой самой больнице.

– Оба были уже в палате?

– Нет, сэр, пока еще на пороге.

– Что у них было в руках?

– У доктора черный чемоданчик, с каким обычно ходят врачи, а у сестры блокнот на доске с защелкой.

– Словом, все как у настоящих медиков, и вы их впустили?

– Да, сэр.

– Ну-ну, и что же дальше?

– Доктор и сестра вошли, затворили за собой дверь, потом он опустил чемоданчик на пол и раскрыл его.

– Вы видели, что он доставал?

– Сестра стояла так, что мне не было видно.

– Оньянго, так ли все было, как рассказывает Кимутаи?

– Да, сэр, все правильно.
– Голос у констебля срывался, подрагивал. Я кивнул Кимутаи, чтобы тот продолжал.

– Вдруг доктор резко повернулся и наставил на нас пистолет. Мы не успели рта открыть, как раздался выстрел.

– И вы уснули сном праведников, так что вас только сегодня растолкали.

– Это правда, сэр.

– Что же, вели вы себя не лучшим образом, но пусть уж ваш непосредственный начальник устраивает вам головомойку.

– Мы готовы понести наказание, сэр.

– Можете быть свободны.

Они вышли из кабинета, точно побитые щенки, но я не испытывал сочувствия - они меня подвели, провалили всю операцию.

Поблагодарив шефа момбасской полиции за сотрудничество, я пошел к выходу. Инспектор Мбуви и сержант Мачария ждали меня в машине.

– Как успехи, сэр?

– Кассама Кхалифа убрали свои же. Убийц было двое - белые, мужчина и женщина. Ничего нового по сравнению с тем, что мы узнали в морге, я не услышал. Вы отправили пробы на анализ в столицу?

– Так точно, сэр!
– отрапортовал Мбуви.
– Утренним рейсом с нарочным. Он привезет результаты.

– Хорошо. Преступникам кто-то сообщил, что мы захватили Кассама и что он помещен в центральную больницу! Вот почему они сумели так ловко и быстро с ним расправиться.