– Прошу вас назвать ваше имя, род занятий, цель пребывания на острове, - произнес начальник следственной группы строгим официальным тоном.

– Мария Николаевна Григорьева, - представилась допрашиваемая, Младший преподаватель кафедры этнографии и малых народов Московского Общедоступного Университета.

– Это что, так сейчас МГУ называется?
– недоверчиво поинтересовался Засеян.

– Ну, кроме МГУ сейчас в Москве много появилось университетов, пояснила Маша и продолжила по существу заданных вопросов.
– На остров Хмурый прибыла с частной этнографической экспедицией. Хочу написать книгу о верованиях и легендах когда-то жившего здесь племени.

В этот момент в комнату возвратился милиционер Васильев.

– Ты куда скатерть дел?
– обратился к нему лейтенант, отвлекшийся от допроса.

– Как куда?
– пожал плечами милиционер.
– Выбросил.

– Значит, разбазариваем казенное имущество?
– насупило брови начальство.

– Да эта скатерть вся каким-то дерьмом вымазана, - оправдывался Васильев.
– Что я ее стирать должен?

– Вот потому все у нас через задницу и выходит, - осуждающе покачал головой Засеян и выразительно посмотрел на женщину.
– Один казенным имуществом разбрасываются, а другие за тридевять земель разъезжают за баснями давно вымерших дикарей.

В другой комнате домика участкового шерифа, смахивающей на гостиную или столовую, вели казенные беседы участковый врач, сержант милиции Богданович и еще один блюститель порядка. В отличие от своего непосредственного начальника, сержант никак не реагировал на не меньший, чем в служебном кабинете Долинина беспорядок. Поэтому Чивилидис сидел на стуле за столом, на котором громоздились сдвинутые в кучу тарелки с засохшими объедками. Картину дополняли многочисленные пустые бутылки под столом и на столе, а так же единственный стакан с остатками пива и утопленницами-мухами.

Милиционеры, ведя допрос, как стервятники ходили кругами вокруг допрашиваемого.

– Приехали они три дня назад, - рассказывал участковый врач.
– Через два дня пошли к этому самому святилищу.

Мерно кивавший в такт словам Бориса сержант вдруг остановился, вынул руки из карманов брюк и уточнил:

– Женщина и этот Тимофей?

– Да, да, - кивнул Чивилидис.
– Дальше у них что-то там случилось. Прибежали они в поселок вдвоем, без Долинина.

– Скажите, а зачем с ними пошел участковый шериф?
– подал голос второй милиционер.

– Вот именно, - поддержал его Богданович.
– Охрана приезжих путешественников не входит в круг прямых его обязанностей.

– Ну, я не знаю, стоит ли говорить, - засмущался участковый врач.

– Вы обязаны рассказать все, что вам известно, - веско заявил сержант.
– Произошло убийство, любая информация может оказаться ценной.

– Перед тем, как они пошли в глубь острова, - по-прежнему смущаясь, стал рассказывать Чивилидис.
– Мы немного выпили с Долининым.

"Скорее всего, немало", - одновременно подумали дознаватели, наблюдая трясущиеся руки островного эскулапа.

– А когда Леня захмелел, он сказал, что скоро у него будет много золота.

Милиционеры многозначительно переглянулись.

– Где же он собирался взять это золото?
– поинтересовался Богданович, разглядывая стакан с мухами-утопленницами.

– Видите ли, - тихо сказал участковый врач, - Они собирались найти в лесу святилище Черного Камня. И якобы в нем должны находиться золотые самородки.

В служебном кабинете участкового шерифа острова Хмурый продолжался допрос преподавательницы Московского Общедоступного Университета.

– У племени, до недавнего времени жившего но этом острове, была замечательная легенда, - увлеченно рассказывала Маша.
– Когда-то, очень давно, их предки непрерывно враждовали друг с другом. Их верховное божество прогневалось на злых людей и бросило на остров Черный Камень. В том месте, где этот камень упал, возникло святилище, которое так и стало называться святилище Черного Камня. Местность вокруг святилища превратилась в Иту-Шаа - Заколдованный Круг, на наречии аборигенов острова. В Иту-Шаа нельзя было появляться с оружием в руках, злые духи немедленно наказывали отступника. С тех пор островитяне забыли про оружие и войны...

Засеян, на протяжении всего рассказа ученой-этнографа нетерпеливо постукивавший носком ботинка по ножке рабочего стола, невежливо перебил женщину:

– Поучительная история. Не считаете ли вы, что злые духи наказали и Долинина?

– Нет, конечно, - смутилась та.
– Но Тимофей говорил.

– Ах, Тимофей!
– вновь перебил ее желчно улыбавшийся дознаватель.
– Не он ли вам рассказал эту в высшей степени поучительную легенду о Заколдованном Круге?

– Это не имеет отношения к гибели участкового шерифа, - сухо ответила женщина.