В первую секунду Глорию обдало жаром - любая неожиданная встреча, когда нервы напряжены до предела, способна вызвать такой эффект, тем более, что попавшееся ей на глаза существо выглядело невероятно уродливым и чуждым. И - жалким... Последнее она поняла уже со второго взгляда.

Существо лежало на боку, нелепо вытянув кривоватые худые лапы. Больше всего оно напоминало невероятно большеглазую лысую кошку или, скорее, гигантский кошачий эмбрион. В самом деле, его беспомощность казалась именно младенческой. Единственное, на что существо было способно, так это приподнять почти треугольную морду, большую часть которой занимали бессмысленно раскрытые глазищи, и беззвучно приоткрывать небольшой рот.

– Принеси ее!
– услышала вдруг Глория женский голос, приказывающий и молящий одновременно.

– Что?
– девушка огляделась, ища глазами собеседницу.

– Прошу тебя, принеси... Не бойся.

Она стояла на пороге, защищенная тенью. Глория сразу отметила, насколько выразительны были черты ее лица.

– Что это значит?
– шагнула девушка навстречу незнакомке. Почему-то эта женщина внушала ей скорее страх, чем жалость.

– Принеси!
– взмолилась та, с явным страданием глядя на корчащееся посреди солнцепека существо.

Глория пожала плечами и направилась к лысому котенку.

Животное страдало - в его огромных глазах девушка прочла боль, начавшую уже переходить в тупое безразличие. Боль, от которой устали настолько, что вся ее острота потерялась.

– Бедняжка...
– Глория осторожно обняла обмякшее, пышущее жаром тело.
– Не бойся меня... Лежи спокойно...

– Быстрее...

Кошка оказалась легкой - намного легче, чем Глория могла вообразить себе, глядя на нее со стороны.

– Не бойся, - продолжала упрашивать ее Глория, словно имела дело с ребенком.

– Прошу тебя, быстрее!
– в голосе незнакомки все яснее проскальзывало нетерпение и беспокойство.
– Умоляю, принеси ее ко мне, сюда!

– Но что это значит?
– спросила Глория, делая шаг вперед. Она и в самом деле не понимала, почему ее собеседница не могла принести животное сама.

Мидиан играл в свои игры, правила которых посторонним не были понятны.

– Не обращай внимания, только дай ее мне!
– шагнула навстречу женщина, все же не покидая тени. Когда Глория оказалась рядом, она буквально выхватила гигантского котенка у нее из рук и судорожно прижала к себе, чтобы тут же поспешить убраться внутрь домика, выглядевшего по местным меркам относительно целым.

– Теперь все будет в порядке, - проговорила она, наклоняясь к своему сокровищу.

– Она что, больна?

Глория тоже вошла в дом. Что ж, во всяком случае, теперь ей было у кого расспросить про Эрона. Тем более, что она, похоже, оказала здешней жительнице услугу, смысла которой, правда, понять пока не могла.

Тем временем с кошкой стало что-то происходить: лапы, морда, туловище изменялись на глазах. Втянулись в кожу, ужимаясь до характерного для человека размера, уши, уменьшились глаза...

– Она просто любит играть снаружи, - с нежностью глядя на загадочное существо, ответила женщина.

– Боже, кто это?
– вскрикнула Глория, не отрывая взгляда от бывшей "кошки".

Она была готова поклясться, что нечто, бывшее всего секунду назад животным, превращалось в человека! Пока это был уродец с выступающими скулами, острыми ушами, заячьей губой и кожей, слишком плотно обтягивающей кости, но с каждой секундой уродство уходило. На только что лысой головке зарыжели симпатичные кудряшки, да и личико хорошело с каждой секундой.

– Она так любит играть, - удрученно продолжила объяснение женщина, что забывает обо всем... Она ведь всего лишь ребенок!

– Ребенок?
– переспросила Глория, все еще уставясь на девочку.

Да, теперь в словах жительницы Мидиана можно было не сомневаться.

– Что же здесь происходит?!

Глория была потрясена. Увиденная метаморфоза никак не укладывалась в ее сознании.

Исчезновение Эрона из морга... Зверь, превратившийся в девочку...

Воистину, от Мидиана можно было ожидать всего!

Женщина опустила ребенка на землю, и девочка тут же обняла мать за талию.

Теперь Глория могла рассмотреть обеих достаточно хорошо. Ее едва ли не разочаровало, насколько девочка стала похожа на миллионы своих сверстниц - ничто в ней не выдавало больше сверхъестественной природы, разве что не по возрасту глубокий и проникновенный взгляд. Но мало ли на свете детей с такими вот удивительно взрослыми глазами!

По сравнению с ней взрослая женщина выглядела довольно экстравагантно, но не более того. Пожалуй, оденься она в обычную одежду вместо своих тряпок, убери десятки серебристых трубочек-зажимов с волос и ей не составило бы труда затеряться в любой толпе. Впрочем - не обязательно затеряться. Такие лица, как у нее, обычно надолго врезаются в память. Не красотой - оригинальностью внутреннего мира, наложившего на всю внешность несмываемый отпечаток.