— А что если ты на самом деле видела кого-то из Других? А что если Пляшущая Лиса давно умерла и ты идешь прямиком навстречу вражескому копью? Что тогда? — бормотала она, жалея, что не дождалась Издающего Клич. Ветряная Женщина задула сильнее, пелена снежных хлопьев скрыла линию горизонта. — Лиса… Кто-нибудь… — звала она снова и снова, приложив ладони ко рту. — Кто там?

Она покачала головой, тревожно облизывая десны. Отец Солнце клонился к закату, на землю ложились резкие тени, а Ветряная Женщина все неистовствовала.

Зеленая Вода огляделась и увидела, что ее следы занесло снегом. Голод мучил ее. Это все из-за беременности Ребенок требует жизненных сил…

Она снова позвала Лису и снова огляделась.

— До темноты никак не вернуться, — прошептала она. Со страху положение казалось ей совсем безнадежным.

Она повернула назад.

И тут до ее ушей донесся слабенький стон. Она закинула голову и прислушалась.

— Пляшущая Лиса?

Ничего не слышно. Она пошла дальше. Ее бедренные мышцы дрожали от усталости. И все же она остановилась и вновь окинула взглядом заснеженную равнину. Идти домой или продолжать поиски? Она ни на что не могла решиться. Она слышала, слышала этот мучительный зов!

— Ты погубишь себя и своего ребенка в придачу, — прикрикнула она на себя. — Иди домой! Но ветер вновь донес этот звук.

— Лиса?

— Я здесь… — Голос доносился с наветренной стороны.

В снежных струях возникла смутная темно-бурая фигура — и сразу же скрылась вновь. Зеленая Вода ринулась вперед, двигаясь неловко из-за своего живота.

— Лиса?

— Зеленая Вода… — Пляшущая Лиса, усталая, изможденная, моргая смотрела на нее. Капюшон ее покрылся ледяной коркой. Она еле-еле качала головой. — Ты в самом деде здесь? Ты не из… не из Сна? Ты мне не мерещишься?

Зеленая Вода улыбнулась и, встав на колени, крепко сжала руку Лисы.

— Ну как теперь? Разве видение способно так сильно сжимать?

Пляшущая Лиса растерянно наморщила лоб и поглядела на свои оледенелые рукавицы.

— Я… не знаю. Я вообще больше ничего не понимаю. Не могу думать. Все смешалось. Шла на юг, вот и все. Потеряла дорогу…

Зеленая Вода похлопала ее по плечу:

— Ну а я разглядела тебя. Ты почти дошла. Идем. Издающий Клич небось весь обыскался. Ночь близится, а я где-то пропадаю. Он беспокоится…

Пляшущая Лиса слабо кивнула:

— У тебя найдется что-нибудь поесть? Не могу больше идти…

Но у Зеленой Воды ничего не было. Она только и могла, что помочь Лисе подняться на ноги. Но та сразу же с криком свалилась на землю.

— Что случилось? — спросила Зеленая Вода, поглядев в измученное лицо Лисы.

— Я уж забыла на минуту… — Лиса безнадежно взглянула на нее. — Щиколотка болит. Неделю назад я ударилась о камень. Болит. Никогда не было такой боли. Днем и ночью болит. А когда хожу — как огнем жжет.

— Неделю назад? И ты все это время шла? Глаза Лисы на мгновение сурово блеснули.

— Проклятие, да, конечно же шла. Что мне оставалось делать? — И вновь взгляд ее помутнел.

— Как давно ты ела в последний раз? Лиса опять нахмурила брови и задумчиво посмотрела на снежную пустыню:

— Не знаю… Нашла мертвого карибу. Кожа и кости… Недели две назад, кажется. Сосала костный мозг. А потом ничего… кроме ветра и снега. Знаешь, Ветряная Женщина, как сумасшедшая… дула… и дула. — Ее голос опять затих.

— Идем, обопрись на меня. Еще пару часов ты протянешь, если выдержала так долго.

— Надо… отдохнуть… спать…

Зеленая Вода стянула перчатки и провела рукой по парке Пляшущей Лисы, чувствуя под одеждой ее исхудавшую грудь.

— Нет, надо идти, девочка моя. Если ты сейчас уснешь, ты уже не встанешь. Ты и так слишком замерзла. Потеряла много тепла. Вставай и идем.

Кряхтя, она подняла Пляшущую Лису с земли.

— Где твой второй снегоход? Есть только один, и тот в сумке, а не на ноге.

— Другой сломался… Это когда я упада. А в одном снегоходе все равно идти трудно. Нога болит, будто кость раздроблена…

— Ну так обопрись на меня. На здоровую ногу я надену снегоход. Три ноги все же лучше, чем одна, да?

Вместе они двинулись в путь. Последние солнечные лучи догорали на юго-западе.

Сжав зубы, Зеленая Вода волокла свою подругу.

— Ты сможешь… Ты сделаешь это.

— Ничего не осталось… — бормотала Пляшущая Лиса. — Я одна…

— Правильно. Ну так иди же!