— Я про ту работу, — настаивал клерк, — за которую Эдгар отдал Линдли пару своих башмаков. Здесь, в усадьбе.

— Башмаков?

— А разве Линдли здесь был?

— Да не было его тут никогда.

— Господи, помилуй нас!

— Что ж, — наконец сказал Барлинг, — если вдруг еще что-то вспомните, немедленно сообщите мне. Ну а пока известите священника, что его дядя убит и нужно заняться похоронами. Не ходите в одиночку, только вдвоем. Это ясно? Кроме того, созовите сюда всех деревенских мужчин — после случившегося надо начинать поиски Линдли как можно скорее. И передайте там, чтобы женщины заперли двери и оставались дома.

Слуги разошлись, негромко переговариваясь, и Стэнтон с Барлингом остались наедине.

— Так вы расскажете мне, что там у вас стряслось, Стэнтон?

— Нынче утром много чего стряслось.

— Вы худший лжец из всех, кого я знал, Стэнтон.

Посыльный вздохнул:

— По всей видимости, я последний видел Эдгара живым накануне вечером. Прямо здесь, в зале. — И он рассказал клерку о случившемся, ожидая, что тот попросту откажется верить услышанному.

Но Барлинг слушал молча.

Даже когда со двора донеслись злобные выкрики, клерк не стал прерывать Стэнтона.

Когда тот наконец закончил, Барлинг медленно кивнул:

— Ясно. Значит, Линдли выполнил-таки свою работу.

— Но ведь слуги сказали, что он ничего не делал, Барлинг! Вы же сами только что слышали.

— Барлинг! — в залу вбежал Осмонд. — Ради всего святого, что с дядей?

— Сперва мы обыщем деревню. — Голос Барлинга перекрыл злые выкрики и улюлюканье деревенских, собравшихся под палящим солнцем во дворе усадьбы.

Стэнтон стоял рядом, готовый к тому, что селяне могут в любой момент обратить свой гнев на него. Он знал, что Осмонд сейчас в покоях Эдгара, у тела своего дяди, но отрывать священника от его ритуалов было бы последним и самым отчаянным шагом. К тому же Стэнтон не хотел оставлять Барлинга одного. Между тем любое неверное слово клерка могло в мгновение ока воспламенить толпу.

Стэнтон то и дело поглядывал на дверь, готовый в случае необходимости втащить туда Барлинга.

— Да мы только что из деревни!

— Женщины по домам сидят — нам что, под юбками у них искать? — с издевкой выкрикнул Кадбек.

Толпа встретила скабрезность пахаря свистом и улюлюканьем.

— Я буду действовать последовательно — в отличие от покойного сэра Реджинальда Эдгара.

Стэнтон сжался. Этого-то он и боялся. Упреки в адрес убитого лорда не встретят сочувствия в толпе. Клерк говорил правду, но время для таких заявлений было самое неподходящее.

— Так вам еще и лорд наш нехорош?

— Черт подери, сэр!

— Имейте же уважение!

— Упокой Господи душу сэра Реджинальда?

Барлинг не ответил, даже глазом не повел. Вместо этого ом продолжил:

— Мы со Стэнтоном осмотрим каждый дом.

Улюлюканье сменилось возмущенными воплями:

— Он нам не доверяет!

— Нет в наших домах Линдли!

— А беззаконник тем временем еще кого-нибудь прикончит!

Стэнтон положил руку на плечо клерка, готовый затащить его внутрь.

Но Барлинг раздраженно дернул плечом и вновь возвысил голос:

— Беспорядочные поиски нам пока ничего не дали!

— Да успокойтесь уже, ради всего святого!

Стэнтон оглянулся и увидел выходящего к толпе священника.

— Моего дядю убили! Он лежит сейчас мертвый в собственном доме! Сейчас должны звучать молитвы, а не ваши вопли!

После его слов воцарилась звенящая тишина.

— Спасибо, сэр священник, — кивнул Барлинг. — Свои поиски я намерен вести так же, как блюду законы, — никакой спешки и метаний, порядок и только. Строчка за строчкой. Это может помочь нам раздобыть ценные сведения. И начать я намерен прямо сейчас, а Стэнтон мне поможет.

— И я, — сказал настоятель. — Душа моего дяди уже в селениях райских.

— Не сомневаюсь, — вставил Стэнтон.

— И я хочу найти того, кто его туда отправил.

— Так что, если не пойдете с нами, — Барлинг вновь обратился к селянам, — расходитесь по домам. Выбирайте. — Он взглянул на посыльного: — Вы готовы, Стэнтон?

Хотя призыв Осмонда к порядку и подействовал, но тишина продлилась недолго. Посещение каждого дома сопровождалось возмущенными криками женщин, сидящих внутри, и остававшихся снаружи мужчин.