— Танат, да сколько ты ешь? Вас двоих вообще реально накормить?

— Реально. Но метаболизм у на, мощный. Такая регенерация просто так не даётся. Мы есть хотим. Раз ты теперь богат, может закажешь чего в Тельмана, а?

Стрелок не успевает ничего ответить. Несколько талков выходят из транса, трясут головами, а потом подходят ко мне и протягивают тушки убитых ими мобов… Молча принимаем их со Стрелком, а пока димортвл подкрепляется, они идут к тельмаху, где получают странные пластинки и укусы с уколами от выползших из живого конуса щупалец.

— Нико, раньше я знал, что в этом мире можно легко сдохнуть. Теперь этот мир меня конкретно пугает.

Ответить не успеваю. Неожиданно мы вновь чувствуем рядом чужое присутствие. Но это не пытливый взгляд Таната. Нас сверлит ментальный взор нового знакомого. Справа, незримый охотник, полон ярости.

Нет, опасный мутант не собирается нас атаковать. Ему приказывают напасть на нас, но он не может этого сделать. Это бесит монстра-убийцу. Теперь что-то нас закрывает, делает больно. Здесь я неуязвим, а потому он пока отойдёт. Но охотник не отступится. Он будет ждать нас в другом месте.

Чужое присутствие становится слабее, удаляется и наконец исчезает. Однако, здравствуйте. Неожиданно приятный побочный эффект проявился от внедрения кертулов в узел. Значит, генерируемое преображёнными биоструктурами ментальное поле не только мутов усмиряет, но и делает некоторым из них больно. То-то талки такие смирные стали. Начнут бузить, то папка Танат быстро им объяснит, как они были неправы.

Но есть ещё одна неприятная новость. Спракс, который сыпал агрессивными эмоциями, невольно рассказал о причинах своего появления здесь. Его послали, притом непосредственно за мной. Интересно, а кто это такой умный и подозревает, что здесь есть вестник? Имя само собой всплывает в памяти — Даргул. Лидер клана Знающих понял из допроса Стрелка, что кто-то из его бывших коллег был реактивирован. Правда, он не знал, а в какой роли, но после потери связи с Тширом и остальными мог решить подстраховаться.

Тут в полный рост встала ещё одна проблема. Как спракс проник в сектор, который я повторно закрыл? Или его привезли вместе с боевиками и оставили на всякий случай, или же есть обходной путь. Вроде того, каким Хауфи и Ури пришли сюда. Так, значит, дело плохо.

— Стрелок, нам надо в шпиль. И как можно быстрее.

Когда кертулы со знаниями покойного дрега и моим опытом относительно протоколов безопасности займут своё место в узле, то они смогут перестроить системы безопасности. Больше в сектор без моего разрешения никто не проникнет.

Стрелок не стал задавать лишних вопросов. Просто щёлкнул пальцами, и тельмах выстрелил в его сторону мешочками с иглами и кислотной дробью. Поймав их не глядя, наёмник двумя пальцами поправил свою шляпу и кивнул тельмаху. Видимо, он адаптировался к новым правилам игры. Интересно, как он во внешнем мире будет ориентироваться?

— Нико, так погнали! По пути всё объяснишь.

Приятно иметь дело с профессионалом. В суть дела Стрелок вник быстро и без лишних вопросов. В какой-то момент каменные стены снова сменились знакомыми арочными коридорами из плоти и рёбер. Если сначала они стали выглядеть словно обновившимися, более дышащими, что ли, то в конце они снова стали прежними. И света от биоламп почти нет, и плоть стен имела прежний тёмный оттенок.

Вот в этом месте мой новый напарник извлёк свой двуствольный биоревольвер. Деревня болтался на спине. Хоть он и мощнее, но оперативно целиться из этой махины в подвижную цель сложновато. Не учёл я это при создании ТЗ формовщика. Не военный, кем относительно являются планетарные десантники, даже не следопыт, хоть и служил в крайне непростом отделе.

Мы молча доходим до коридора, где я и Искатели нарвались на гон. Передвигаемся дальше с крайней осторожностью, но никого нет. Ни мобов, ни мутов, ни таинственного незримого охотника. Вот и зал с колоннами у наружного спуска, чей козырёк напоминает того самого безглазого ксеноморфа. Площадь, где мы замираем у стенки, но никто не хочет нас обстрелять.

Добегаем, постоянно оглядываясь, до входа в шпиль, но никого не видно. Мысленное присутствие спракса также не ощущается, однако мои клинки в боевом положении, пальцы сжимают трофейные метательные диски, которые называются фэс. Внутри, не считая останков волгаров, опять никого. Поднимаемся по лестнице наверх. Мысленной командой открываю заблокированную мембрану, и мы попадаем на нижний уровень.

Нас не атакуют. Стрелок держит под прицелом вход, который я снова закрываю. Тут мы расслабляемся, но потом вспоминаем про провал в стене. Боевики Майры смогли подняться по ней после крушения кильма, а чем хуже мутант, который может становиться невидимым. Прыгаем в кабину подъемника, который несёт нас на шестьдесят третий уровень. Ури, который повёл Тэй к секретному проходу, объяснил Стрелку, где искать его приятеля.

— Вы это чего? — спрашивает увидевший нас Хауфи, который как раз сидел в знакомом мне по шахте зале. Винтовку странник подтянул к себе поближе. Там только усыпляющие иглы, но в Танате бывший писатель не мало оборотов прожил.

— Спракса ждём, — отвечаю я, заставив нашего нового знакомого побледнеть. Хотя что серый, что белый, но разы в любом случае выглядят как ожившие мертвецы. Отчасти по этой причине я и оставил себе то монохромное зрение, что этой оболочке дали изначально.

— Наш всеядный друг его почуял. Сам все проходы внизу заблокировал, а всё равно никак не расслабиться.