– Верно, неплохо бы сообщить им о том, что с нами, – согласился Ио.

Демон призвал небольшую сияющую звезду на ладонь и вложил в нее мысленное сообщение.

– Лети, – произнес он.

– Ах, надеюсь, мне доведется еще повидаться с ними. Драго и Эфир замечательные. – Алетрис сложил руки на груди, мечтательно глядя в сторону улетевшего послания.

Вскоре из центральной башни вышли два хранителя и лекарь. Церсес помахал рукой, подзывая к себе. Астерий с Ио быстро поднялись, а Алетрис ворчливо закряхтел, сетуя на неотложные дела. Демону вовсе не хотелось идти на аудиенцию к наместникам.

– Полагаю, – заметил Ио, – нам еще нужно рассказать о том духе, которого мы нашли. Нет смысла скрывать это. И мы должны быть все вместе, вдруг кто-то забудет что-то важное.

– Ладно, – промямлил Алетрис и поплелся следом.

Вместе с адептами они прошли в центральный дворец и, поднявшись на третий этаж, остановились у высоких деревянных дверей. Во время предыдущего разговора здесь не было охраны, но сейчас у входа в зал стояли четыре стражника.

Ио с Астерием переглянулись, и демон встал ближе к своему другу.

– Должен сообщить, – Весерий повернулся к своим гостям, – что наместники желают говорить лишь со Звездным Волком.

– Что?! – возмутился Ио и загородил демона собой. – Нет!

– Я уверяю… – Церсес вскинул руки в примирительном жесте.

– Я не пущу его одного! – нахмурился Ио, а его ладони начали источать золотое свечение.

Аэрис нервно сглотнул, заметив это, и попытался вклиниться в разговор.

– Это всего лишь…

– Санхэ, – мягко произнес Астерий и положил руку на плечо друга, – не волнуйся за меня, я скоро вернусь.

Ио обернулся и вцепился в ворот накидки демона.

– Нет, пожалуйста!

– Нас заверили, что нам здесь ничего не грозит, не стоит тревожиться.

Тот поджал губы и, ослабив хватку, отпустил воротник.

Проходя мимо Алетриса, король Подлунного города взглянул на него, и демон едва заметно кивнул, понимая неозвученную просьбу. Астерий вместе с остальными адептами скрылся за дверьми, и створки закрылись.

Звездный Волк в сопровождении трех адептов прошел в зал. Стояла тишина, и только стук его золотых каблуков эхом отлетал от стен.

Астерий окинул взглядом присутствующих: несколько адептов от каждого Дома стояли по обе стороны от правителей – вероятно, самые преданные ученики и советники. Однако его внимание привлек небольшой круглый стол почти в центре зала. На нем стоял флакончик с мерцающей синей жидкостью.

– Мы премного благодарны за то, что ты согласился прийти один, – начал Цессений, поднявшись с кресла, и добродушно улыбнулся.

– Тебе нечего опасаться, – продолжил Асельдер.

– Думаю, у меня не было выбора.

– Отчего же, – произнес глава хранителей. – Мы не собирались принуждать тебя к разговору. Однако нашего доверия заметно бы поубавилось, откажись ты прийти.

– Что конкретно вы хотите знать? У меня нет секретов от моих друзей! – твердо проговорил демон, чуть сдвинув брови к переносице.

Асельдер спустился по ступенькам и неспешно подошел к гостю.

– Изначально мы хотели созвать всех, но с учетом обстоятельств решили, что даже тебе будет выгоднее поговорить с нами с глазу на глаз.

Мужчина обошел демона по кругу и приблизился к столу.

– Не представляю, какая здесь может быть выгода.

– Дело в том, – глава жрецов тоже подошел ближе и сложил руки за спиной, – что нам сообщили одну важную деталь. И нам бы хотелось, чтобы ты ответил нам честно на один-единственный вопрос.

Астерий взглянул на мужчину и перевел взгляд на загадочный пузырек.

– А это, я полагаю, должно развязать мне язык, – хмыкнул он.

– Верно, – согласился Цессений. – Но не думай, что это какое-то жуткое зелье. Оно не причинит вреда. Лишь не даст солгать.

– И его действие продлится лишь несколько минут, – добавил Асельдер.

– Хм, – усмехнулся демон и сложил руки на груди. – Я должен быть благодарен за столь снисходительное отношение ко мне?

– Молодой человек, это вопрос доверия. Мы приняли вас, на слово поверили, разместили в замке вместе с остальными учениками. По-моему, мы достаточно доверились незнакомцам, тем более с таким сомнительным происхождением, – уверенно заявил глава Дома хранителей. – Разве это большая плата за столь радушное отношение?