Как только в сорок первом война началась, Александр Аркадьевич тут же вспомнил про когда-то им услышанное…

Глава 27 Письма Шванвичу

Планирование — процесс итерационный. Изменилось что-то в окружающем тебя мире или в твоем его понимании, соответственно и планы поменялись.

Александр Аркадьевич живя в Пугаче, а затем учась в фельдшерско-акушерской школе далеко не загадывал. Пока от него мало что зависело, тащила парня жизнь по долинам и по взгорьям совсем не учитывая его чаяния.

Однако, даже при всем при этом, он уже кое-чего достиг. Среднее специальное образование, хоть и не гранит, но уже и не болотная кочка под ногами.

Александр Аркадьевич знал, что будет война, даже временами думал о возможности передачи руководству страны своих наработок в области камуфлирования военной техники. Но, как это сделать? Кто ему поверит?

Представьте себе картину, заявляется в Москву подсобный рабочий из колхоза «Рыбак» или учащийся Кировской фельдшерско-акушерской школы и говорит, что вы тут танки, самолеты и пушки неправильно красите. Совсем не так это надо, Иосиф Виссарионович, делать.

Куда его отправят? В лучшем случае в дурдом для лечения электрическим током. Или — английско-германско-японским шпионом признают со всеми вытекающими.

Может, до Москвы-то он как-то и доберется, но к Сталину или руководству Рабоче-крестьянской Красной Армии попасть не сможет. Нос не дорос.

А вот когда началась война, тут Александра Аркадьевича и торкнуло!

Шванвич!

Точно! Шванвич!

Вот кому можно материалы по камуфляжу выслать!

Лепидоптерология в области изучения мимикрии бабочек во второй половине двадцатого и в двадцать первом веке далеко шагнула от нынешних рубежей, и не в последнюю очередь — благодаря работам самого Александра Аркадьевича. Вот Шванвичу свои наработки Александр Аркадьевич и отправит. Борис Николаевич — тот поймет и разберется, а больше — едва ли кто на это способен. Ну, и на практике сможет их реализовать.

Да! Это — главное. Перевод теории в практику.

Александр Аркадьевич сейчас — не сможет, а Шванвич — сможет.

Почему? Всё очень просто — он значимая фигура, да и его самого скоро попросят это сделать.

Ну, была ещё одна проблема, без решения которой Александр Аркадьевич, а тут — Санька Котов, не смог бы доказать, что его предложения что-то стоят.

Он не знал пространственной геометрии местной военной техники. Результат камуфлирования не только от используемых цветов зависит, но и что ты раскрашивать будешь.

А как эту самую геометрию узнать? Представьте себе, подходит ученик фельдшерско-акушерской школы с линеечкой к теперешнему советскому танку и начинает его обмерять… Далее попросит танк с разной скоростью погонять в разное время суток по разным направлениям — ему выяснить надо, куда там и как тени от выступающих частей танка падают. Причем, это не всё, много ему чего ещё знать надо перед тем как данную боевую машину начать раскрашивать.

Да его тут же, вместе с линеечкой, под микитки быстренько возьмут, он и пикнуть не успеет.

Адрес Шванвича Александр Аркадьевич, как надобность появилась, тут же вспомнил. Человеческая память — она такая. В ней много чего лежит без дела до поры до времени. Появится нужда, тут же всплывет в голове потребное. Ну, если это что-то в ней есть, слышал или видел ты то, что в сей момент надобно. То, что не знал — забыть невозможно. Не зря же шутят, что «не знал да забыл»…

Кто-кто, а Александр Аркадьевич много чего в своей памяти в начало двадцатого века из своего времени принес и всё это было аккуратно по полочкам разложено. Всего и нужно-то — руку протяни и возьми.

Идиотина безмозглая! Придурок!

Так в июне сорок первого клял и ругал себя Александр Аркадьевич. Как он раньше не додумался свои наработки в области камуфлирования Шванвичу отправить!

А вот не додумался…

Подобное с любым может случиться.

С вами — нет? Ну, понятненько…

Вот и выкраивал Санька Котов время между учебой и дежурствами в госпитале для подготовки письма Шванвичу. Излагал, как можно окраску военной техники поменять. За камуфляж бойца он у себя дома только-только взялся, в этом направлении ему ещё надо было много работать. А если вспомнить про военно-морской флот… Есть где в будущем разгуляться.

Осенью сорок первого в Ленинград Санька отправил несколько пакетов. Содержание в них было одинаковое. Отсылал он их с разных мест и с промежутками в неделю. Даже если какие-то и затеряются по причине военного времени, то хоть один да дойдет.

Кем Шванвичу были послания отправлены, он указывать не стал. Зачем? Не пришло ему ещё время явить себя. Да и мог он попасть за свои непонятно откуда появившиеся знания в такой оборот, что мама не горюй. Не хотел он в лягушку на препаровочном столике превратиться, совсем не хотел.