Небо постепенно светлело, луна закатилась за горизонт. Я поднялся на ноги, потянулся, покрутил головой, разминая шею, потом подошел к мальчишкам. Вуаль Ветра — покров невидимости, подарок Сахары — частично сполз со спящих, и моим глазам предстала картина из фильма ужасов: две повернутые в разные стороны головы, одна рука, кусок ноги, и больше ничего не видно. Не знать в чем дело — можно заикой остаться. Кстати…

Я сдернул с мальчишек Вуаль — уж больно Лекса впечатлительный, не ровен час и впрямь начнет заикаться, спрятал ее в карман, а потом осторожно потряс Ромку за плечо. Тот открыл глаза, уставился на меня туманным взглядом. Я прижал палец к губам и махнул головой, приглашая идти за мной.

Ромка догнал меня через два шага.

— Так и знал, что зря за тебя переживал, — сказал он вместо «здрасьте».

Я рассмеялся, растрепал его и без того взъерошенные волосы, а потом прижал к себе.

— Заставил ты меня поволноваться…

— Кто б говорил, — хмыкнул он. — Где тебя черти носили? Кстати, тебе Дрон привет передавал.

— Кто? — переспросил я, решив, что ослышался.

— Дрон, — повторил Ромка. — Ты его знаешь?

— Лично встречать не доводилось, — признался я, пытаясь переварить тот факт, что Покровитель бродяг вообще обо мне слышал. А уж то, что моему собственному сыну повезло с ним встретиться — это вообще из области фантастики, — Кстати, как ты с ним познакомился?

Сын начал рассказывать о своих приключениях, о том, как Дрон спас ему жизнь, о Лексе, о нападении гарпий, о пещерах. О том, как он уснул, ожидая, пока Лекса очнется после лечения Слезами Леса, а проснулся уже здесь.

— Что снилось-то? — спросил я, пытаясь хоть как-то сложить два плюс два.

Он почесал затылок, почему-то покосился на все еще спавшего товарища.

— Да, бред всякий. Музыка, розовый свет, плакал кто-то… Говорю же, чушь собачья. С тобой что было?

— Тоже бред, только наяву, — отмахнулся я, не горя желанием рассказывать ни про ундину, ни про дракона, ни про Долину Потерянных Душ. — Зато я научился ставить порталы!

— Круто! — присвистнул он. — Покажешь? И нет, я не забыл, что ты снова ушел от ответа. Так что колись!

— Вот в кого ты такой дотошный? — вопросил я, на что сын только хитро улыбнулся.

От дальнейшего допроса меня спас проснувшийся Лекса. Как раз вовремя — пора бы уже куда-то двигаться. Правда, отправиться в путь получилось еще через час: завтрак, утренние дела и все такое.

Я снова перенастроил навигатор, теперь уже выставив конечной точкой тот самый замок Ведьмы Ночи, к которому мы шли изначально, и с немалым изумлением понял, что до него осталось совсем чуть-чуть.

***

Замок, как и положено обиталищу злых сил, стоял на высокой скале, а сама скала — мрачный утес, сплошь состоящий из острых углов — возвышалась в центре довольно большого озера. И почему меня это не удивляет?

— Интересно, в этом озере крокодилы водятся? — задумчиво поинтересовался Ромка, ни к кому конкретно не обращаясь.

— Лишь бы не ундина, — поежился Лекса.

— Там всего-лишь гигантские лягушки, — отозвался я, — родичи тех, что мы видели на том зиккурате. Ну, ты помнишь, — кивнул я сыну.

— Забудешь такое, — поежился он. — А ты откуда знаешь, что там в этом озере? Опять внутренний голос?

— Вроде того, — кивнул я и, отвернувшись от мальчишек, которые принялись обсуждать, как лучше перебраться через озеро при отсутствии моста или хотя бы лодки, пошел вдоль берега.

О гигантских плотоядных лягушках, которые, кстати, зовутся гангры, я узнал из памяти отца — та проснулась совершенно неожиданно, но как никогда кстати. Впрочем, поток информации оказался слишком мощным и совершенно несистематизированным, так что потребовалось приложить усилия, чтобы разобраться. В процессе немилосердно разболелась голова, но тут уже пришлось потерпеть. Зато по итогу узнал кое-что интересное.

Во-первых, замок Ведьмы Ночи, к которому мы вышли, не имел ничего общего с родовым имением Хайвергов, и ни отец, ни Флавия здесь никогда не жили. Но зато здесь, в этом замке, хранилась та самая скрижаль, которая должна определить истинного правителя Амешта. Отец, кстати, даже не пытался пройти это испытание — ему нужен был Иррат, и на меньшее он был не согласен. Но все же он здесь бывал, и не единожды — сопровождал Флавию, когда она приходила сюда для каких-то своих ритуалов — поэтому отлично знал, как попасть внутрь. И вот это знание было для меня особенно ценным. И — нет, лодка не поможет, и моста, как такового, конструкцией не предусмотрено. Но есть такая штука, как кровь Хайвергов. Хорошая штука, полезная! Одна проблема — у Лексы ее нет. Конечно, местный мальчишка, увязавшийся следом исключительно по собственной глупости, мне там, в замке, будет только обузой, но не бросать же его теперь?

Впрочем, не успел я задуматься над тем, как обойти момент с кровью, как и этот ответ нашелся все в той же отцовской памяти. Немного странно, но если нет других вариантов… Посоветовался с дядей — тот подтвердил, что так оно и есть. Ну, ладно.

— Эй, молодежь! — обернулся я к мальчишкам. — Как выяснилось, попасть внутрь все же можно.

В тот же момент оба оказались рядом, и разве что не подпрыгивали от нетерпения. Дети, такие дети…

— Лекса, спрашиваю еще раз: ты уверен, что хочешь идти с нами? Это может быть опасно.