Заметив мой интерес к форме, ректор пояснил:

— Форму девушек пришлось разнообразить. Раньше носили только жакет и юбку, но студенческое братство несколько лет назад выдвинуло требование ввести еще и платья. Пришлось уступить, — улыбнулся ректор мне.

Форму дополняли галстуки-бабочки, представляющие собой скрещенную широкую ленту. На костюмах они были черные, на платьях — белые. На ногах парни носили или туфли, что соответствовало теплой весне, или высокие до колена сапоги. Девушки были одеты в чулки разнообразных цветов, чаще белых или бежевых, но были и в красных, и синих, и черных. Видимо устав академии не запрещал такого разнообразия. Обуты девушки были в черные ботинки с невысоким каблуком, на мой взгляд, вполне удобным.

Ректора встречали легкими поклонами головы. При его приближении разговоры стихали. А вот меня разглядывали с интересом. Я выделялась из толпы длинным не форменным платьем. Одета я была по дворцовым правилам, платье было до стоп и расшито черными шелковыми нитями. Украшений я по случаю траура не надела, и была сейчас рада этому.

— Надо было сначала вас переодеть, — заметил ректор.

Мы дошли до общежития команд и вошли в дверь. Холл здания был не длинным, но широким, имел еще одну дверь и боковую лестницу. По лестнице мы поднялись на третий этаж и вошли в коридор, представляющий собой закрытую лоджию с единственной дверью посередине. В дальнем углу лоджии стоял г-образный диван, а окна выходили на двор общежитий.

— На первом этаже — комнаты некоторых преподавателей, в том числе и моя. На втором — команды Тарина Клутвина. Вашей команды — на третьем этаже. Двери активируются прикосновением к ручке. Никто посторонний, у кого нет доступа зайти не может. — Продолжал пояснять ректор. — Посторонних в общежитие не водить, за этим следит дух-комендант. Гарольт! — позвал ректор.

Дух материализовался через секунду, и предстал в человеческом обличье и плаще-хламиде. Лицо было скрыто капюшоном, внутри которого светились синие глаза. Вид у него был внушающим. Широкий разворот плеч и синие глаза, давали возможность предполагать, что это был боевой дух. Но точно сказать можно было бы, только увидев боевую форму.

— Гарольт, предоставь адептке Лее Харель доступ в гостиную команды Корина Тенебрея. Ее комната С3. Это — новый артефактор команды.

Дух слегка поклонился мне, пронзив внимательным взглядом.

— Возьмитесь за ручку двери, адептка Харель, — пророкотал дух.

Я осторожно сжала ручку, и меня обжег на секунду металл.

— Доступ предоставлен, — отчитался дух-комендант.

Мы вошли в гостиную. Гостиная была длинной с расположенными по бокам дверями в комнаты. На комнатах выгравированы были номера. Все двери были одностворчатые, кроме левой средней. Всего шесть комнат. Ближе к двери располагалось пять письменных столов. Четыре стояли развернутыми друг к другу, пятый примыкал к ним сбоку, таким образом, они составляли единую поверхность. Дальше у стены между двумя окнами находился камин, а вокруг него большой п-образный диван со столиком и двумя креслами.

Ректор подошел к двустворчатой двери и открыл ее:

— Лаборатория зельеварения и артефакторики, — пояснил он, показывая мне. — Команды сами себе делают амулеты и зелья для игры. Правилами не запрещается использовать все доступные способы усиления команды. К этому готовятся заранее. Вот ваша комната.

Я ходила за ректором и с восхищением разглядывала помещения. Моя комната была расположена справа в дальнем углу. Имела небольшой коридор с дверью в комнату гигиены, большой шкаф, широкую кровать и небольшой письменный стол с полками для книг и тетрадей над ним. Имелась и дверь на балкон, что порадовало. Два окна, одно боковое у кровати и одно возле стола, а также наполовину стеклянная балконная дверь, наполняли комнату светом.

— Команды представляют честь академии, поэтому для них созданы все условия, чтобы одержать победу. Но и ответственность большая. В прошлом году мы проиграли. Нашего артефактора серьезно ранили, а замену найти пока не можем. Я привык забирать кубки турнира магов, и очень заинтересован исправить ситуацию прошлого года, — серьезно объяснял ректор. — Если вы хоть на половину так талантливы, как ваш отец, то поможете принести победу и в этом году. Я на вас надеюсь, Лея.

— Вот только нужно ли мне это, — задумчиво проворчала я себе под нос.

— Нужно, — видимо у нашего ректора был прекрасный слух. — В основном общежитии комнаты и условия намного скромнее.

— Гарольт, — обратился он к духу, чинно следовавшему за нами, — проследи за нашей новой адепткой. Помоги ей обжиться и привыкнуть к правилам академии. Прошу тебя первое время сопровождать ее.

Дух снова поклонился ректору.

— Мне пора, дальше. Вы уже сами осваивайтесь, Лея. Будут вопросы — меня можно найти в административном крыле или, по вечерам, в апартаментах на первом этаже.

— Прибыли вещи адептки Харель, — сообщил дух, — вас ожидает в приемной маристр Сомерсет и лаэрд Вишер.

— Прекрасно! Я пошел заниматься вашим оформлением. До свидания, Лея, — с этими словами лорд-ректор покинул гостиную.

Когда он вышел, я радостно подпрыгнула и взвизгнула, закружившись по гостиной. Дух осуждающе посмотрел на меня. Я уставилась на него.

— А какая у вас боевая форма? — задала я интересующий вопрос.

Взгляд духа потяжелел:

— Мы не настолько знакомы, чтобы демонстрировать вам мою боевую форму, — прошипел Гарольт.