Зоя порылась в сумке и протянула бумажник владельцу.

— Зоя, вы не представляете, как вы меня выручили…

— Ну что вы.

— Нет-нет, дело не столько в деньгах или самом кошельке, хотя я к нему привык. Но тут у меня записано несколько очень важных контактов, которые я забыл себе сохранить...

Вальтер открыл бумажник и достал пару обрывков с номерами телефонов и электронными почтами, записанными от руки и, очевидно, второпях.

— Простите, я, наверно, вчера схватила в спешке все подряд, не глядя…

— Нет-нет, не извиняйтесь. Я сам виноват. Это все моя ужасная рассеянность.

Зоя недоверчиво покачала головой. На рассеянного человека неспешный и элегантный Вальтер был совсем не похож.

— Да-да, вы напрасно не верите, — продолжил он с обаятельной улыбкой и убрал кошелек к себе. — Пожалуйста, позвольте вас куда-нибудь пригласить. Я понимаю, у вас, наверно, свои планы, к тому же вы и так уже потратили на меня время... но хотя бы ненадолго? Тут недалеко, помнится, есть очень славное кафе. Давайте выпьем хотя бы по чашке кофе с пирожным?

Ладно. Чашка кофе с пирожным не займет так уж много времени. И кафе «Шоколад» в самом деле очень хорошее, хотя и не из дешевых — все-таки Центральный парк. А еще Зое просто не хотелось отказываться от такой приятной компании.

Вальтер был ненавязчив, галантен и обаятелен. Он держался очень просто, без малейшей надменности или, наоборот, фамильярности, и говорил обо всем подряд. Какая переменчивая погода, здесь всегда так в мае? Какой ароматный кофе, не правда ли? Вы любите кофе? Вы вчера так спешили, наверно, был нелегкий день? Надо же, какая интересная у вас работа... Настоящий скворец? Представляю, как это было неожиданно! И вы его спасли?

Зоя, соглашаясь на кофе, поначалу думала обойтись дежурно-вежливыми фразами. Но Вальтер слушал с таким интересом, сочувствуя и восхищаясь, что она сама не заметила, как принялась подробно описывать вчерашнюю скворцовую эпопею. Даже упомянула, что спасенная птица была самкой. Тем более что Вальтер не стал задавать дурацкие вопросы вроде «а что, они как-то отличаются?», только заметил, что самки, кажется, почти не поют?

— Да, поют они намного меньше и реже, чем самцы. Хотя для ее владельца это будет только плюсом, раз уж он решил держать ее дома. Не думаю, что его обрадует шумная птица, — Зоя улыбнулась, вспомнив вчерашнего посетителя. — Знаете, я даже удивилась, что он решил оставить ее себе…

— Но вы, конечно, консультируете клиентов, если у них возникают вопросы по ходу лечения? Может, он рассчитывает на вашу помощь?

— Я оставила ему телефон, — пожала плечами Зоя. — Конечно, мы всегда стараемся поддерживать связь с владельцами наших пациентов... Хотя некоторые...

Тут девушка спохватилась, что обсуждение клиентов выходит за рамки ее профессиональной этики, да и вообще еще чуть-чуть — и она опоздает на практику.

— Вижу, вам пора идти? — с ненавязчивым сожалением заметил Вальтер.

— Да, меня ждут в клинике…

— Позвольте вас подвезти? Моя машина припаркована рядом с воротами.

— Нет-нет, спасибо, не стоит.

Вальтер придержал дверь, пропуская девушку вперед.

— Спасибо за чудесный кофе. Мне туда, — Зоя кивнула на противоположную от главных ворот дорожку. — До свидания!

— Вам спасибо, Зоя. Счастлив был познакомиться.

Тут Вальтер деликатно взял в руку кончики Зоиных пальцев и поднес к губам.

***

Владимир Иванович удивленно воззрился на красную как рак ассистентку, которой сейчас как никогда подходила ее фамилия. Девушка пристраивала на администраторскую стойку красивый, со вкусом составленный букет в бутылке из-под молока. Зоя заметила взгляд и умудрилась покраснеть еще сильнее.

— Это вы так признаетесь в любви к Alma mater? — насмешливо поинтересовался Соловьев.

— Н-нет... Это мне подарили... Я уже иду, Владимир Иванович, — пролепетала Зоя и метнулась в кабинет.

Владимир Иванович только головой покачал. Букетик-то явно подарен не однокурсником: однокурсники Красноперской скорее всего даже не знают, что бывают цветочные магазины с ассортиментом шире чахлых веников в целлофане. На вчерашнего нервного кудрявого парня тоже не похоже. Соловьеву очень хотелось сказать Зое что-то вроде «ты там того... осторожнее!», но он не знал, как бы поделикатнее донести до нее эту мысль. Да еще станет она его слушать! Упрямая же, и обидчивая...В конце концов Владимир Иванович мысленно махнул рукой: Красноперская девочка серьезная, с характером, авось сама разберется.

Бойкая Анечка, соседка по комнате в общежитии, деликатностью не озаботилась. Она проводила Зою с букетом выразительным взглядом, тряхнула пышной стрижкой-каре и громко присвистнула.

— Ого! Ты что, сделала перевязку сенбернару какого-то олигарха?

Зоя поморщилась.

— Господи, это всего лишь цветы…

— Ну да, ну да. Ладно, не хочешь — не рассказывай. Но прими дружеский совет: когда он позовет тебя на свидание, не вздумай кутаться как кулёма. У тебя где-то было премилое синее платьице…