— О, боги! — простонала Кока, — я совсем забыла!

— О чём, простите, вы изволили позабыть?

— Я проиграла спор с главным редактором. Теперь я должна ему десять рё. Нет, уже двенадцать, два рё остались непогашенными с предыдущего пари.

— Азартность до добра не доводит, — усмехнулся коррехидор, — насколько я могу догадаться, предметом спора являлось убийство Сюро?

Кока горестно вздохнула и кивнула головой.

— Вы свободны, — Вил протянул ей листок бумаги, где его рукой и личной печатью удостоверялось, что госпожа Норита Кока может невозбранно покинуть стены Королевской службы дневной безопасности и ночного покоя.

— Смелая девица, — заметила Рика, когда они вышли на улицу, где совсем по-летнему пригревало солнышко, — и самоуверенная до крайней степени. Поспорить со своим начальником на такую масштабную сумму…

— Если бы в доме не оказалось управляющего, или же Мичия спал богатырским сном, у неё могло выгореть.

— Что могло выгореть? — вскинулась чародейка, — переспать с вашим адъютантом? Так это надо было делать до того, как он напился до положения риз. А никаких улик там не было. Мы же с вами всё осматривали. Ничего важного помимо обычной ерунды, что периодически скапливается у каждого человека: счета, письма, записки и приглашения на обед. Программки из театра, газеты — и всё. Не представляю, на что рассчитывала Кока.

— Наверное она надеялась отыскать где-нибудь тайник с шокирующей перепиской, которая мгновенно укажет на убийцу. Мичию разбудили постукивания по стенам.

В доме Харады их встретила сутуловатая девица в форменном, идеально выглаженном переднике. Рика подумала, что это и есть та самая постоянно работающая Сачи.

— Я доложу, обождите, — сказала она.

— Господа, у меня очень мало времени, — проговорила супруга будущего министра финансов и сестра убитого, — церемония погребения назначена на два часа, а мне ещё нужно закончить кое-какие формальности и заехать за господином Харадой в министерство.

Она проговорила всё это уверенно и спокойно. Рике подумалось, что Томо Харада весьма недурна собой: у неё правильное лицо и такие же вьющиеся волосы, как у брата. А большие глаза смотрят прямо и открыто.

— Наш визит не займёт много времени, — заверил Вил, — мы проверяем некоторые факты. Скажите, вы нанимали горничных на день приёма?

— Да, — чуть удивлённо подтвердила госпожа Харада, — из агентства прислали троих. Все с отличными рекомендациями, одна даже служила у известного журналиста Руко Нори, — добавила она со значением. Претензий к их работе у меня нет, я уже сообщила в агентство, поблагодарила и пообещала рекомендовать их услуги всем знакомым. А в чём, собственно, проблема?

— Просто формальность, — ответил Вил, — до которого часу девушки пробыли в вашем доме?

— До шести часов утра. Я доплатила им за ночную работу. Видите ли, — наморщила лоб госпожа Харада, — я очень не люблю вставать по утрам и наблюдать в своём доме беспорядок, какой неизменно случается после многолюдного приёма. Девушки с самого начала были предупреждены о том, что от них требуется, и не возражали. Если иные вопросы могут подождать, — она оглянулась на напольные часы в углу гостиной, — то я бы очень высоко оценила ваше понимание ситуации.

Вил поклонился, заверил, что не имеет намерения далее обременять госпожу Хараду обществом офицеров королевского сыска, и они ушли.

— Куда теперь? — спросила чародейка уже в магомобиле.

— Всем сердцем я рвусь в «Дом шоколадных грёз», но долг коррехидора требует, чтобы мы возвратились на службу, — Вил повернул руль и обогнал вяло перебирающего ногами рикшу, что вёз разряженную даму под зонтиком.

В конце улицы замаячило здание коккая — Артанкого Парламента, занимавшее целый квартал. Когда они подъезжали, Вил заметил:

— Вон, глядите, Харада вышел встретить супругу.

Будущий министр финансов подошёл к подъехавшему магомобилю и любезно распахнул дверцу. Однако, оттуда появилась вовсе не госпожа Харада. Рика повернула голову, но так и не успела рассмотреть элегантную невысокую женщину, что, дружески коснувшись рукой груди собеседника, принялась что-то горячо говорить ему.

— Будущий министр встречал вовсе не жену, — усмехнулась чародейка, бросив последний взгляд на оставшуюся позади парочку, — к нему приехала какая-то совершенно другая женщина.

— Как подозрительны женщины! — в шутливом ужасе воскликнул коррехидор, — вы увидели, как мужчина заговорил с кем-то на улице и напридумывали боги знают чего. Эта самая ваша подозрительная незнакомка — совсем не обязательно объект нежной страсти неверного Харады. Знакомая, зашедшая по делу, подруга или жена коллеги, в конце концов, родственница, что приехала на церемонию погребения. Мужчины, знаете ли, отнюдь не идиоты, чтобы назначать любовные встречи в то время и в том месте, где вот-вот должна появиться супруга.