— Ох, как не жалуемся. Жалуемся! — воскликнул староста. — Еще как, жалуемся. Да кто слушает нас. На прошлой неделе, вон, приезжали. А нам дать нечего. Всю деревню перерыли. А когда убедились, что не врем, всех девок молодых согнали, да с собой забрали.

— Зачем? — удивилась я.

— Да как же зачем, — пожал плечами Тихомир. — В услужение княгине нашей. Как рабынь их туда повезли и согласия даже не спрашивали.

Горько вздохнув, Тихомир покинул нашу комнату.

— Надо что-то с этим делать. Обязательно! — воскликнула я. — Это же бесчеловечно!

— Я не могу до конца поверить в это, — вздохнул Яромир. — Мать Миродара — княгиня Крассимира — родом из этого княжества. Если бы она узнала, что твориться на ее родине, она бы сошла с ума. — И я не могу поверить, кто княгиня Велена действительно такая, как ее описывают. Я знаю ее с детства, она всегда была своенравна, но…

— Власть меняет людей, Яромир, — отметила я.

— Чтобы настолько…

Яромир замолчал, глядя в одну точку. На лицо его отразились какие-то печальные воспоминания, лицо его тут же ожесточилось.

— Ты права. Власть меняет людей.

Яромир

«— Я буду княгиней, — улыбнулась Велена сводящей меня с ума улыбкой. — Я всегда мечтала быть княгиней, Яромир. Ты должен меня понять…

— Я не понимаю, — я протянул руку и коснулся нежной щеки Велены, все еще думая, что это глупая шутка. — Я ведь люблю тебя, Велена. Мы собирались обвенчаться.

Однако девушка увернулась от моей руки и отошла на шаг.

Все рухнуло.

— Прости, Яромир, но я не настолько люблю тебя, чтобы отказаться от шанса стать княгиней.

…не настолько люблю тебя…

…не настолько люблю тебя…

…не настолько

люблю

тебя…

— Не любишь меня? — озадаченно повторил я, чувствуя, как ярость и гнев заполняет мое сердце, вытесняя всю нежность и любовь к стоящей передо мной девушке.

— Так получилось, прости, — в ее глазах не было сожаления, в ее словах не было печали.

Жестокость и хладнокровность — все она.

— Простить? — снова тупо повторил я.

— Если ты действительно любишь меня, — тихо произнесла Велена, — то простишь и отпустишь, чтобы я была счастлива.

Я чувствовал, как бьется сердце.

Чувствовал, как оно разбивается.

Чувствовал, что я вмиг оказался опустошен…»

Я проснулся с разбитой головой, но целым сердцем. Это радовало. Рядом со мной на подушке спала Лера. Еще раз я поразился тому, как они с Веленой одновременно похожи внешне и разительно отличны внутри. Судьба, похоже, сыграла со мной злую шутку, заставив влюбиться в девушку с внешностью, которую я старался испепелить, выжечь из своей памяти. Я знал, что Лера была совершенно другой, и она может стать началом новой главы в моей жизни. Но прежде чем я смогу двигаться дальше, мне нужно покончить с прошлым.

— Можно вопрос?

Я настороженно взглянул на Леру, которая уже не спала. Интересно, как давно? Девушка, словив мой взгляд, тут же, кажется, пожалела о своем любопытстве. Я кивнул, но уже не предвкушал ничего хорошего.

— Ты говорил во сне.

— Что именно? — осторожно спросил я.

— Ты звал…

— Кого? — я уже знал ответ, однако надеялся, что ошибаюсь.

— Велену, — прошептала Лера.

— Забудь, — отрезал я.

Девушка на секунду замолчала и отвела от меня взгляд. Воцарилось молчание, которое продлилось совсем недолго.

— Она была дорога для тебя?

В ответ мне хотелось рассмеяться, но я сдержал это желание. Была ли дорога для меня Велена? Да, она была для меня всем. Но здесь ключевое слово — была. Я упрямо молчал, а Лера продолжила пытливо всматриваться в мое лицо.

— Я слышала о том, что ты был влюблен в девушку, которая тебя предала.

— Миродар — сукин сын, — прошипел я.

— Миродар пытался хоть как-то объяснить твое агрессивное отношение ко мне в самом начале.