— Ой! — испугалась Олеся.

— Прямо в сердце! — усмехнулся Гефест.

— Может хватит на сегодня уроков?

Демидов подошёл к ним.

— Я тоже хочу попробовать, товарищ лейтенант, — не сводил он взгляда с Олеси.

Гефест посмотрел на девушку, затем на Антона и хохотнул.

— Конечно. А вы на позицию.

Лейтенант вытащил из кармана кителя два магазина и выдал их Олесе.

— Позже гляну результат. — сказал он ей вслед. — Что интересует? Автомат?

Демидов смотрел прямо Гефесту в глаза.

— Да. Новый АК-25.

Владимир следил за всей этой сценой и ушел с улыбкой на лице.

— Смирно! — вдруг крикнул кто-то.

Владимир встал по стойке и обернулся. В тир вошли капитан и дежурный по арсеналу — майор.

— Вы чё, офицеры, расслабьтесь! — усмехнулся он — Вольно!

Отряд вновь принялся за стрельбы.

Капитан и дежурный вместе прошли вдоль тира и повернули налево в небольшую каморку с документацией.

Дежурный кинул папку с документами на стол.

— У тебя подчинённые по старой привычке команду подают? — улыбнулся он.

Капитан стоял у входа, облокотившись о бетонный косяк.

— Пожалуй, что так. — взаимной улыбки на его лице не было.

— Ладно. — свет настольной лампы с трудом доставал до макушки дежурного. — Всё собрано. Восемь автоматов, десять пистолетов, СВД, РПК, гранаты, ПНВ для каждого, в общем, всё. Не знаю даже, чем ещё могу помочь.

Капитан с опаской обернулся.

— На самом деле мне нужно ещё кое-что.

Дежурный сложил руки на груди.

— Удиви меня.

— Мины. Противопехотные мины.

— Чего? — изумился майор. — Нафига они тебе?

Артём тут же вспомнил заранее продуманный ответ.

— Может, придётся держать круговую оборону? Десятка мин, как МОН-50, нам хватит, товарищ майор, а вы даже разницы не заметите.

Секундная пауза.

— Ладно.

Майор пожал плечами, встал, задвинул стул и подошёл к рядам шкафов. Отыскал нужный номер, постучал пальцами по ящикам, поискал в карманах ключи и открыл дверцу. В шкафу стояли в ряд несколько мин. Майор сложил одну за другой на стол. То были МОН-50, напоминающие американские «клейморы» как формой, так и направленным принципом взрыва.

— Можешь не возвращать. — усмехнулся майор, закинув ключи обратно в карман. — Мины раздашь людям?

— Нет, только инженеру. — он обернулся ко входу. — Разум!

Из-за коморки послышался голос капитана. Звал Разумовского. Тот отложил свой автомат и последовал в комнату. Владимир этого не видел. Ему рассказывали со стороны. Разумовский вышел уже с ящиком, но что в нём лежало Владимир уже не знал. Вскоре вышел и сам капитан. Не сказав ни слова, он покинул тир, направившись за инженером на выход.

В это же мгновение на стрельбище показался корреспондент Антипов. Он попросил у Гефеста, перебиравшего автоматы в шкафу, оружие. Тот выдал ему АК. Николай подошел к позиции и начал стрельбу. Владимиру пришла в голову мысль.

Надо подойти.

Задумавшись, он отложил оружие и последовал к военкору. Подождал, пока тот отстреляется. Но Николай опередил его. Завершив стрельбу, он тут же спросил:

— Думал, не замечу?

— Я не пытался скрыться. — Владимир прислонился к барьеру стрельбища.

— Что-то хотел? — Антипов отложил оружие.

— Да. Найдётся скрытая камера?

Бровь Антипова недовольно поднялась.

— Зачем она тебе?

— Ну, я ведь тоже корреспондент.

— Который не взял с собой камеру?

— Я больше писака, чем репортёр, — нашел слова сержант.

Бровь Антипова упала на место.

— Ладно. Одна найдется. Возьмешь перед убытием. Отыщешь меня?

— Конечно.

Антипов кивнул и вновь взялся за автомат. Владимир решил последовать его примеру, вернувшись к своему месту. Там Владимир перезарядил оружие, перевёл его на одиночную стрельбу и начал палить точно в голову металлической мишени.

Без промаха.

Спустя десять лет после подписания первого контракта, сейчас, в тридцать три года, Владимир понимал, что идёт на последнюю свою миссию. Сержант рассматривал её как свой opus magnum, то, что возвеличит его в любом случае — погибнет он или выживет. Так думали некоторые другие бойцы и Владимир это знал. Хотя на самом деле в величии или славе он уже не нуждался. Беспокоило другое: месторасположение Вакуума. Отец сейчас где-то совсем недалеко, где нет связи, куда нет возможности просто так приехать. Владимир не мог ничего не делать. Надо было сделать хоть что-то. С такими мыслями он поднимался наверх, на первый этаж. Отряд уже нес на себе боевую форму, за исключением оружия и снаряжения, ждавших наверху.