Здесь горел уже знакомый им синий костер. Вот только в этот раз горел он формой, повторяющей очертания лежащего на земле человека. Вокруг огня столпились белые люди. Человек семь. Их одежды развевались, огонь горел… Внутри же силуэта — Чет только сейчас разглядел это — внутри силуэта, окружённый огнем, лежал человек! Не просто человек — Настя!

Чет бросился туда — и упёрся в невидимую стену. Он дернулся сильнее, влево, вправо — невидимый и непробиваемый купол окружал сцену действия. И действия не с какой-то неизвестной девушкой — с их Настенком!

Настя лежала неподвижно.

— Ничего не получается! Не получается! — шептала Дина, пока они бегали вокруг стены, защищающей Белых людей и лежащую Настю невидимым куполом, в надежде найти проход, — Ни кинжалом, ничем!

Огонь над Настей между тем становился все шире и выше.

Чет достал собственный кинжал, воткнул в стену — но не воткнул, его рука с кинжалом отскочила от невидимой преграды, будто она была резиновой и отбросила его с тою же силой, какую применил он.

Люди в белом сжимались в кольцо вокруг их подруги. Ее уже было почти не видно меж их спин и ног.

— Настя! — в отчаянии закричал Чет.

И тут вдруг Настя очнулась. Она повела головой, привстала… Медленно, очень медленно она поднималась над костром. Но… Разве это Настя?

Что им показалось, куда Дина втянула его! Существо, медленно встающее над костром, становилось все выше, и будто оно не существо, а белый дым от костра… Но где тогда Настя?

— Это она, она, — зашептала Дина.

Существо посмотрело на них и закричало. Зашипело, завыло. — Настиным голосом оно кричало страшные слова на том странном языке… Они уже слышали этот язык, это все уже было!

Белые люди закричали тоже, Настя вступила в странные препирательства с ними. Теперь она уже выглядела не как странная сущность, а как вполне нормальная девушка — правда в старинном платье, прическа с косами — просто копия той девушки, которой они тогда помогли, только с лицом и фигурой Насти.

Камни! Булыжники! В тот раз помогли они!

Настя превращается в Белую сущность.

Чет схватил булыжник потяжелее и запустил им в ближайшую сущность. Булыжник на удивление легко прошел сквозь стену там, где только что не мог пройти ни Чет, ни его кинжал, и упал у ног Белого, лишь чуть-чуть задев его ногу.

Вдохновлённая его примером Дина запустила целый град камней в проклятых Белых — и им тут же пришлось уворачиваться от отскакивающих назад от невидимого купола булыжников. Чета пребольно ударило по плечу.

— Белые камни проходят! — крикнула Дина. — Должно быть, это остатки Города!

Белые люди уже увидели их, и, крича на своем языке проклятия (а вдруг — приветствия?), они двинулись в их сторону. Нет, это не были приветствия, в руках Белых появились мечи.

В тот раз у Чета и девушек были головни синего огня, чтобы защищаться. Сейчас у них не было ничего.

— Трррщщщщааааапуууиииааауунгггшшш! — услышали они вопль Насти, и кое-кто из белых оглянулся. В руках Насти появилась горящая головня.

— Шшшшгггррааауушшааа! — крикнула Настя и кинула головню Чету, видимо, предполагая, что он поймает ее.

Но это только в кино герой ловко ловит световой меч и тут же отбивает атаку пяти — десяти вооруженных и хорошо обученных противников. Чет бросился навстречу головне, которая явно собиралась до него не долететь, в прыжке сумел лишь коснуться ее пальцами, но не схватить, и упал — прямо под ноги как раз подошедшего, или, правильнее сказать, прискользившего Белого.

Белый человек не имел ни малейшего желания убивать Чета своим мечом. Он поднял ногу над его головой, будто намереваясь просто раздавить ее, как яблоко, банан или окурок. Чет увернулся, все-таки схватил головню, завертел ею, как мог, и Белый аж подпрыгнул и перепрыгнул ещё несколько раз, изобразив подобие не слишком изящного балета под дудочку Четовой головни. В конце концов, он отскочил, дав Чету возможность попытаться встать.

Белый все-таки выхватил свой меч и теперь приближался к успевшему встать на одно колено Чету. Несколько прочих Белых уже стояли рядом, наблюдая.

Настя, или то, что раньше было Настей, уже прокладывала дорогу к Чету среди Белых своей головней. Белые избегали ранить Настю своими мечами (к Чету они такой щепетильности не испытывали), однако давать ей дорогу не хотели, отбивали ее удары и заслоняли путь.

Чету приходилось плохо. Попав несколько раз, Белый разрубил его головню на две части. Чет успел подобрать их обе и теперь отражал удары Белого двумя короткими головнями, подобно двум кинжалам против меча. Это не могло продолжаться долго. И ведь это был всего один Белый, остальные лишь наблюдали битву, как забавное развлечение!