Она невозмутимо ковыряла завтрак. На лице не было ни капли эмоций. Луна умела скрывать их, если хотела. Я непроизвольно подняла взгляд к потолку, в голове проскочила мысль: «Ну, спасибо, Роланд, за этот её талант! Как мне теперь её понимать?»

— С чего вдруг ты решила, что мне это интересно? — возразила я, заставив голос звучать спокойно.

— По тебе видно, — пожала плечами дочь и как-то странно улыбнулась. — Ты ходила в академии на факультатив актёрского мастерства?

— Да, — я совершенно не понимала, о чём она, но отчётливо видела перед собой Роланда в такие моменты, когда его забавляло что-то, что он не собирался мне объяснять. Что ж, покойный муж, как бы я тебя не любила… чёрт бы тебя побрал с твоей наследственностью.

— Это не твоё.

— Ясно.

Я села за стол и серьёзно посмотрела на дочь:

— Послушай, мы с Эдмундом давно расстались и у нас остались некоторые нерешённые вопросы и обиды. Давай-ка, мы сами с ними разберёмся, ладно?

— Ладно, — легко согласилась Луна и сменила тему. — Ты поищешь тарелки для тортов или мне этим заняться?

— Поищу, — я сосредоточилась на мысли о вечере. — Кстати, ты не знаешь, Эдмунд собирается что-то мне подарить? Я-то ему да. Будет неловко, если он ничем не ответит.

— М… — Луна задумалась. — Может быть, книгу. Он принёс недавно новый любовный роман. Но, возможно, он взял его для себя. Я без понятия.

— Ага, — я потёрла подбородок и села за стол. От долгого стояния на месте начала болеть спина.

— А ты что собираешься подарить?

— Свитер. Ты же видела в чём он ходит? Там уже петли расходятся. Давно пора в камин положить.

— М… — дочь кивнула и отправилась мыть посуду. — Я достала ему кристалл. На нём двойное плетение ментала и света.

— Зачем? — уточнила я.

Конечно, я слышала о плетениях из разных энергий, но очень мало помнила. Я закончила академию шестнадцать лет назад и уже ничего не помню. Точно знаю, что там переплетаются плетения двух или нескольких направлений и это бывает полезно.

— Эда какой-то свой артефакт сломал. Чтобы починить, нужно найти такой кристалл. Я смогла выторговать его у одного проезжего.

— Это же не бытовой артефакт, да? — поняла я.

— Что-то исследовательское, — подтвердила дочь, убирая чистую посуду и доставая нож, печень, миску под фарш и разделочную доску.

Вернувшись за стол, она негромко и как-то очень… напряжённо, что ли, прибавила:

— Эта штука взорвалась пару лет назад.

Взрыв артефакта. Перед внутренним взором возник гроб с Роландом. Неприятные ассоциации.

— Там очень мощные чары? — уточнила я. Конечно, Эдмунд знает что делает, но всё-таки, взрыв есть взрыв.

— Ну, так, средненько, — Луна повела плечами. — И они в первую очередь диагностические, так что не так страшно.

— Ага, — я встала. Надо всё-таки взяться за уборку.

— Кстати, тебе я тоже принесла кое-что. Не будешь против, если я отдам его вечером, когда будем есть торты?

— Не буду, — я расплылась в улыбке. Неприятно постареть на год, но то, что о твоём дне рождения помнят — потрясающе.

…

78. Автор.

…

Открылась дверь. Луна оторвалась от книги и выглянула из своего закутка.

Уставший Эдмунд стянул сапоги, разослал по кристаллам, расставленным во всей башне несколько сияющих шаров энергии, чтобы камни начали светиться, и с явной неприязнью погасил огненные артефакты. Хозяин башни понимал, что, когда его нет дома, Луна не хочет освящать помещение своей энергией, и готов был с этим мириться. В конце концов, жить при лиловом свете ментальной энергии действительно не очень удобно. Но если магическим светильникам есть альтернатива, в его башне их не будет. Нет уж. Сам факт наличия этой гадости в доме причинял Эду почти физический дискомфорт.

Пройдясь взглядом по уснувшей на диване Пацифике, Эдмунд пошёл к ванной. Заметив ученицу, он улыбнулся одним уголком губ:

— Сейчас приду и будем доставать торт.

С верхних этажей ему в руки прилетели полотенце и комплект чистой домашней одежды, а от стола с лекарствами — банка средства для волос.

Эдмунд скрылся за дверью в небольшое помещение, а Луна, прихватив книгу, от которой ей пришлось оторваться, вышла из закутка.

Сковорода с печёночными котлетами и картошкой давно дожидалась своего часа, но включать под ней артефакт девочка не спешила — она знала, что если учитель собрался заняться волосами, он проведёт в ванной минут тридцать, не меньше.

Луна глянула на часы, прикидывая, во сколько надо поставить ужин греться и села читать за обеденный стол.

Неспешно перелистывая страницу за страницей, девочка дождалась момента, когда стрелки достигли нужных отметин на циферблате.

Закрыв томик, предписанный программой академии по литературе, девочка подошла к артефакту и повернула рычажок активации. Под сковородой вспыхнул огонёк.

Пяти минут хватило еде, чтобы разогреться. Луна выключила артефакт, переложила ужин в тарелку и вернулась к чтению.