Гранту не нравился этот жанр, но он никогда не просил её взять напрокат то, что ему хотелось; да и вообще он никогда не попрекал её тем, на что она тратит его деньги, что бы она ни покупала. Хотя Данте не была миллионером, всю свою одежду она покупала в таких магазинах, как "Saks Fifth Avenue" и "Bonwit Teller" [26] , а прическу и маникюр делала в самых эксклюзивных салонах Далласа.

Грант не считал её расходов. Он был простым парнем, которому нравилось много работать и преуспевать в бизнесе. Когда Данте объявила, что у неё случился выкидыш, он поверил. Она плакала в спальне. Он заметил кровавый отпечаток руки в ванне, но не смог получить от неё внятных объяснений, что же конкретно произошло.

— Что случилось, Данте? Почему ты мне не говоришь?

— А тебе разве ничего не известно?

— Нет.

В течение 10 минут Данте сидела, качая головой, по её лицу текли слёзы.

— Ребёнка не будет.

Поскольку они уже были женаты, Гранту хотелось извлечь из этого максимум пользы. Даже если бы выяснилось, что она лгала о беременности, это не имело большого значения. Он заботился о ней и хотел разделить с ней свою жизнь; всегда можно снова забеременеть.

Но Данте находилась в эмоциональном потрясении, а Грант всё больше и больше действовал ей на нервы. Она совершила ошибку, выйдя за него замуж, он не тот мужчина, который ей нужен. Данте хотелось кого-то более высококлассного, более интеллектуального, она ясно дала это понять, и однажды днём, когда они ехали по шоссе со скоростью более 100 км/ч, она схватила с заднего сиденья наполненный пластиковый пакет и стала размахивать им над головой Гранта.

— Когда ты научишься говорить? — выла она. — Ты идиот: произносишь фразы и даже не знаешь, что они означают.

— Глупая маленькая сучка! — взвизгнул он. — Не издевайся надо мной, или я остановлю машину и выброшу тебя!

Когда он выхватил у неё пакет и закинул его за спину, машину немного вильнуло, но он сохранял хладнокровие. Он всё равно был готов остановить машину выкинуть жену на обочину дороги, однако Данте успокоилась.

— Она целилась мне в голову, а я поднял руку и поймал её локтем, — вспоминал Грант. – В пакете была стеклянная бутылка из-под кока-колы, и локоть у меня долго болел. Она умело дралась этим пластиковым пакетом.

После инцидента на шоссе Грант начал думать, что, возможно, ему повезло, что у Данте случился выкидыш. Он даже подумывал о разводе, но потом она снова стала "милашкой" и захотела быть с ним. В то воскресенье она купила пару растений, которые назвала Самсон и Далила, и стала относиться к ним как к детям. Она даже разговаривала с ними, и казалось, это её успокаивало.

Тем не менее она становилась всё большей проблемой, он не мог представить её в роли матери и всерьёз задумывался, нужна ли ему такая жена. Казалось, Данте волнует только собственная внешность, и вскоре после объявления о выкидыше Данте решила, что ей нужна косметическая операция. Она спросила Гранта, можно ли ей продать обручальное кольцо и потратить деньги на подтяжку лица.

— Мы пошли и продали кольцо, — признаётся Грант. — Не обошлось без пинков и криков, но мы получили деньги и назначили ей операцию на ту же неделю. Она ненадолго отстала от меня, и это было хорошо. Мы готовились переехать в другое место примерно в 3 км отсюда, потому что соседи сходили с ума от наших криков. Пару раз к нам даже приезжала полиция.

— У меня есть миниатюрный шлифовальный станок, который дамы используют для маникюра, — признаётся Грант. — Я использую его для создания моделей самолётов, для крепления деталей. Однажды она приходит ко мне в ночной рубашке и просит меня достать его из ящика с инструментами.

Потом, как говорит Грант, жена подняла ночную рубашку, достала электрическую зубную щетку и стала играть с ней. Она водила ей так, словно вот-вот кончит, а потом попросила его достать шлифовальный станок. По её словам, ей нравилось чувствовать вибрацию.

— Нам с тобой нужно чаще выбираться, — сказал он ей. — Почему бы тебе не одеться, и мы не сыграем в мини-гольф.

— Зачем? Я для тебя слишком развратная?

— Ну, не знаю.

У шлифовального станка был тупой конец длиной около 15 см, и она продолжала настаивать, чтобы он принёс его.

— Прости, дорогой, я больше не хочу заниматься с тобой сексом, — сказала она. – Мне нужна игрушка. Дело не в том, что с тобой что-то не так, — прошептала она. – Всё дело во мне. Знаешь, я просто...

И она сделала какое-то странное движение руками.

В то утро, когда Данте делали подтяжку лица, Грант подвез её к кабинету врача. Он выписал чек на 2 тыс. долларов в приёмной, а на работе взял выходной.

— Но почему ты не возвращаешься к работе? — поинтересовалась она.

— Потому что через неделю мы переезжаем и нужно упаковать вещи.

— Я уже собрал свои вещи, а у тебя их не так уж много, так что можешь ехать на работу, а я позвоню тебе в офис.

Грант вернулся в машину и помчался к дому.

По реакции жены он понял, что что-то не так, поэтому начал рыться во всём: в мусоре, ящиках, столешницах и, наконец, наткнулся на записку следующего содержания:

Грант сохранил записку. Но в тот вечер, когда он заехал за женой, она была вся в бинтах, и он, конечно же, не решился на разговор по душам. Ей было больно, и Грант ходил вокруг неё, как вокруг тончайшего куска хрусталя — всё нужно было делать настолько осторожно, что когда наступил день переезда, она попросила Гранта поселить её в отеле. Она была слишком слаба, чтобы поднимать коробки.