Чем больше они жили вместе, тем больше из-за Данте его жизнь становилась совершенно невыносимой. Она не разрешала ему общаться с другими работниками на съёмочной площадке. Она терпеть не могла других женщин, называла мужчин "подонками", а Терри "педиком" за общение с ними. Данте хотела, чтобы Терри всё своё время посвящал ей; она была счастлива только тогда, когда они оставались наедине.

Для них было нормально пойти куда-нибудь поужинать или на пляж, но не приведи Господь там оказаться его приятелям по работе. У неё были серьёзные проблемы при общении с представителями рабочего класса. В тех редких случаях, когда он приводил её на съемочную площадку "Династии" или "Лодки любви", её волновала лишь возможность встречи со звёздами телевидения. При коллегах она всячески унижала Терри, выставляя его никчемным нищим.

Дела пошли настолько плохо, что Терри решил временно переехать к своей подруге Сью. Он по-прежнему пытался наладить отношения с Данте, но потом в доме Сью произошел инцидент, который привел к окончательному разрыву. Очевидно, какие-то вандалы принесли банки с краской и растворителем в квартиру Сью и разрисовали там всё, что у неё было, включая ценные восточные ковры. Злоумышленники заткнули раковины пробками и включили воду на полную мощность, а также украли драгоценности Сью, которые Терри позже вернул с помощью Донны. Сью составила полный отчёт для полиции, но из этого так ничего и не вышло. Она не смогла доказать, что преступление было делом рук Данте.

После вандализма Терри активно пыталась выпроводить Данте из города. Он говорил, что она уже много раз подходила к нему с ножом, и он её всерьёз боялся. Хотя она больше не жила у него (снимала комнату в пансионе в Пасадене) и хотя Данте утверждала, что он её больше не интересует, да и вообще она подумывает стать лесбиянкой, потому что предпочитает женщин, Терри убедил Данте вернуться на восток.

Он даже намекал, что оплатит ей билет на поезд.

По его мнению, не было совпадением, когда он поднимался на холм к дому Сью и у него отказали тормоза. К счастью, ему удалось остановить машину, не убив себя. Он потратил 400 долларов на ремонт, и механик сказал ему, что в тормозной системе было моторное масло.

Когда мать позвонила Шон с просьбой забрать её из аэропорта Чикаго, девушка схватила своего парня и поехала туда. Она не видела Деллу много лет и даже забыла, как та выглядит. В аэропорту она заметила миниатюрную женщину, за которой несколько минут пыталась следить, но это была не её мать.

Когда Делла подошла, Шон не поверила своим глазам. Её мать полностью преобразилась до неузнаваемости, и только когда Делла поправила Шон челку, Шон убедилась в этом. Шон было уже 18 лет, и Делла была рада её видеть. Она горячо поблагодарила дочь за оказанную услугу, объяснив, что просто была в таком бешенстве, когда уезжала из Калифорнии, что у неё не было времени подготовиться.

Все те годы, что Делла жила там, она поддерживала связь с Шон. Она присылала дочери разные открытки, в том числе одну из Мексики, пару открыток на день рождения, даже рождественский подарочный набор с косметикой "Warner Brothers" и плюшевым мишкой, а совсем недавно — жемчужное ожерелье на выпускной Шон в средней школе. Тётя Донна единственная прислала деньги на покупку выпускного платья Шон; Делла просто не могла себе этого позволить.

Пока они болтали всю долгую дорогу домой, Делла делилась семейными новостями, а Шон удивлялась тому, насколько мать изменилась. Её каштановые волосы были выкрашены в светлый цвет; зубы выбелены; она выглядела молодо, особенно лицом; и у неё появился новый акцент. В роли "Данте" она говорила и вела себя высокомерно.

Это было летом 1988 года, и сразу по возвращении Данте познакомилась с Грантом Дэвидом Бассеттом в баре "Benjamin's" в центре Цинциннати. Она была там с подругой Джуди Готтадеро, двойницей Джоан Коллинз. Джуди успешно работала в сфере коммерческой недвижимости, Грант вёл с Джуди бизнес. Грант мгновенно запал на Данте. Она долго и увлекательно рассказывала о Голливуде и жизни в Лос-Анджелесе. Грант сам некоторое время жил там и мог сказать, что Данте не врёт.

Ему было 39, ей — 38, и с того момента, как они встретились, он был уверен, что они идеально подходят друг другу.

На втором свидании Грант повёл Данте в танцевальный клуб на другом берегу реки в Ковингтоне, но как только он, извинившись, вышел в туалет, она нашла себе 50-летнего парня из тех, кто носит рубашку расстёгнутой, чтобы показать волосы на груди и золотые цепочки. Грант никогда не расспрашивал её об этом, хотя позже узнал, что с этим мужчиной Данте иногда встречалась.

На следующий день Грант повел её на мероприятие под названием "Игрушки для взрослых" — выставку дорогих лодок и автомобилей. Данте не преминула упомянуть, сколько ей звонят другие мужчины, включая джентльмена со вчерашнего вечера. Она создавала впечатление, что у неё постоянно звонит телефон, будто поклонники рвут её на части.

Грант не знал, как реагировать. Он недоумевал: неужели Данте провоцирует его на ревность? Когда страсти в их отношениях немного улеглись, он привык к постоянным оскорблениям со стороны Данте. В клубе всегда находился какой-нибудь парень, который за ней охотился, какой-нибудь богатый мужчина, предлагавший ей съездить в отпуск или дорогой подарок, и, конечно же, всегда был Джерри Спрингер, о котором Данте рассказывала, как одержимая.

— Ты бы видел его ноги, когда он в нижнем белье, они такие худые, — говорила она. — Он вытворяет самые забавные вещи, когда разгуливает полуголым. Он такой шутник.