Разблокировав экран, она прочла сообщение от Тристана.

Тристан: Нас с Данте не будет весь день. Ни с кем не разговаривай. Не ходи в главный дом до нашего возвращения.

Морана вскинула бровь от тона сообщения и покачала головой.

Я: Да, мистер Кейн. Конечно, мистер Кейн. Что-то еще, мистер Кейн?

Ответ пришел через несколько секунд.

Тристан: Посмотрим, какой дерзкой ты будешь сегодня ночью.

Морана почувствовала, как перехватило дыхание.

Я: А что будет сегодня ночью?

Тристан: Разберемся с одним вопросом, который уже давно назрел.

Я: И с каким именно?

Тристан: С твоим ртом, дикая кошечка.

О боже.

Морана подняла свободную руку и принялась обмахиваться, но прохладный воздух не помог унять учащенное сердцебиение или успокоить жар, заливший ее щеки от этих двух слов. Два гребаных слова. Ее рот. А что с ее ртом? Что он будет с ним делать? Проведет пальцами по губам? Вопьется в ее губы своими? Переплетет ее язык со своим? Или случится что-то более дикое? Позволит ли ей прикоснуться к нему ртом? Изучить его? Ласкать мышцы его груди губами, провести языком по шрамам, поцеловать кубики пресса, спуститься ниже и ниже…

О господи.

Все тело Мораны загудело от жара, который эти мысли пробудили в крови, заставляя пульсировать каждую ее частичку. Вырвавшись из размышлений, она сделала глубокий вдох и попыталась вернуть мысли в нужное русло. Спустя несколько секунд глубокого дыхания, когда перестало казаться, будто ее кожа пылает, Морана убрала телефон в карман и вышла из комнаты. К счастью, никто не караулил ее за дверью.

Заперев дверь (будто бы в доме Марони это что-то меняло), она пошла к лестнице и спустилась, стремясь как можно скорее уйти подальше от этого дома и оказаться в крыле Данте. Сегодня у нее имелись срочные дела: как минимум нужно заказать одежду и позвонить Амаре. Она была права в том, что сказала Данте. За последние несколько дней при всем, что происходило между ней и Тристаном, первоначальная причина их встречи отошла на второй план.

Опасная последовательность кодов все еще существовала и была неизвестно где. Какой-то мерзавец пытался подставить Тристана. А еще некто таинственный, кто хорошо разбирался в компьютерах, отправлял ей различную информацию. А теперь Морана знала, что ей придется разобраться кое в чем еще, никого в это не посвящая, – в исчезновениях девочек, произошедших двадцать лет назад. Как бы ни развивались их с Тристаном отношения, правда о том, что ее похитили, а потом вернули, что были и другие пропавшие девочки, которых так и не нашли, беспокоила Морану. Ей нужно раскрыть эти зарытые тайны. А если существует хоть какой-то шанс найти Луну, то она это сделает. Но она ни в коем случае не может рассказать об этом Тристану, пока не отыщет какие-то весомые улики.

Погрузившись в мысли, она не заметила, как из гостиной вышел Марони, как раз когда она направилась к парадной двери.

– Морана.

Его голос заставил ее резко остановиться. Она обернулась и увидела, как он идет к ней с улыбкой, от которой у нее по спине всегда бежали мурашки. Морана собралась с духом и крепче сжала лямку сумки.

– Мистер Марони, – поприветствовала она спокойным, сдержанным тоном.

Лоренцо остановился почти вплотную и склонил голову набок, изучая ее темными глазами.

– Знаешь, я много лет пытался достучаться до Тристана. Вчера вечером я впервые увидел его реакцию.

Морана молчала, позволяя ему говорить и рассматривать ее, но сама сохраняла бесстрастное выражение лица.

Морана улыбнулась.

– Любопытно, не правда ли? Чего я только ни делал с этим мальчишкой, целых двадцать лет я пытался его сломить. Но чем больше старался, тем сильнее становился он. – Лоренцо вздохнул. Морана почувствовала, как закипает кровь, но промолчала. – Пытки, убийства. Он даже не вздрогнул ни разу. Я начал верить, что он идеальная машина для убийства. До вчерашнего вечера, когда я увидел все собственными глазами. Полагаю, я наконец-то нашел его слабое место. Благодарю тебя за это, Морана.

Ненависть к этому человеку, которую она ощущала в сердце, достигла нового уровня. От улыбки, которая возникла на его лице при мысли о том, чтобы уничтожить небезразличного ей человека, у Мораны обострились все инстинкты. Удивительно, как Данте мог появиться на свет от такого чудовища. Взяв себя в руки, Морана мягко улыбнулась Марони.

Она с некоторым удовлетворением заметила, как его улыбка слегка поникла под аккуратной бородой.

– А вот тут вы ошибаетесь, мистер Марони, – тихо ответила она приятным тоном. – Вы со своим ограниченным умом считаете, что женщины годятся только на роль жен или шлюх. Но я ни та ни другая. Я женщина, освободившаяся от оков, которыми меня сковали мужчины вроде вас. Я женщина, познавшая свободу благодаря двум достойным мужчинам, которые заставили меня поверить снова.