Без очков, зрение Джузеппе было еще хуже, чем разрешающая способность его импланта – и сейчас это сыграло с ним злую шутку. В порыве радости, он промахнулся мимо Гая и едва успел остановиться в шаге от Каллимаха, когда понял, что обознался:

– А ты кто? – недоуменно моргнул Джузеппе.

– Каллимах, - не менее недоуменно представился Каллимах.

Гай прыснул в кулак:

– У бегемота очень плохое зрение, но при его весе – это не его проблемы. Да, Джузеппе?

Впрочем, тощий Джузеппе на большой скорости представлял опасность разве что для самого себя.

Обернувшись на звук, Джузеппе просиял:

– Вот ты где!

– Я никуда и не уходил, - невозмутимо отозвался Гай, - А ты чего мне рабов распугиваешь? Глянь на беднягу Каллимаха, его чуть удар не хватил.

Каллимах картинно схватился за сердце, подыгрывая ему. Если бы он не очутился в рабстве, он вполне мог бы зарабатывать себе на жизнь в актерской труппе. Впрочем, неизвестно, что было хуже.

На мгновение растерявшись, Джузеппе быстро пришел в себя и обнял Гая, похлопав по спине.

– Слушай, ты не представляешь, что с нами было! – воскликнул он, но последние слова утонули в урчании его пустого желудка.

– Как минимум, вы не успели поужинать, - вырвавшись из захвата, Гай полушуточно вздернул бровь.

– И это тоже, - быстро согласился Джузеппе.

На мгновение отвлекшись от него, Гай обернулся. Возле Матия мялся еще один, незнакомый человек.

Только один.

– А где все остальные? – Гай нахмурился, перебивая воодушевленного Джузеппе на полуслове.

Улыбка сползла с лица Матия:

– Одного успели продать, двое сбежали, а одного отправили на каменоломни за организацию побега.

От веселья не осталось и следа.

– Кого? – мрачно уточнил Гай.

Матий пожал плечами. Незнакомый пожилой мужчина смерил Гая вопросительным взглядом, но быстрее, чем Гай успел спросить хоть что-то, Джузеппе потянул его за рукав и шепотом сказал на ухо:

– Он не знает латыни.

Гай кивнул и повторил свой вопрос уже на греческом. Проще было бы сразу перейти на английский, но им всем нужно было привыкать – и не было способа выучить язык лучше, чем просто говорить на нем.

– Точно сбежала Яна, - ответил мужчина на греческом с сильным акцентом, - Кого продали, Франсуа или Малкольма, не знаю. Ала отправили на каменоломни. Я его видел, когда их на корабль грузили.

– А ты?

Мужчина усмехнулся:

– Когда мы бежали, я не смог допрыгнуть до корабля. Рука соскользнула, и я свалился в воду. Думаю, они решили, что я утонул. Даже не искали. Я просто слонялся по городу, пока меня не нашел Матий.

– Нет, я имею ввиду, кто ты? По-моему, мы не знакомы, - уточнил Гай.

– А, - мужчина неловко улыбнулся, - Пауль Хоффер… Э-э-э… Я не знаю, как это по-гречески.

– Можешь говорить по-английски, - пожал плечами Гай и первым подал пример, - Здесь все свои и все в курсе.

Напряжение, едва ощущаемое в воздухе до того, тут же рассеялось.

– Начальник реакторного отдела, - с радостью перейдя на родной и знакомый язык, сказал Пауль.

Сперва, Гаю показалось, что ему послышалось.

– Погоди-погоди… Начальник…?

– Реакторного отдела, - повторил Пауль, сводя на “нет” любые сомнения.

– Обалдеть… - в ошеломлении протянул Гай.

Такого везения просто не могло было быть – но оно стояло прямо перед ним и недоверчиво щурилось.

– А что такого? – наконец, спросил Пауль.

Желудок Джузеппе снова напомнил о себе утробным урчанием – и решение было принято.

– Давайте сначала мы поужинаем, потом вы отдохнете с дороги, а потом я все объясню? Разговор будет долгий, – сказал Гай.

Предложение не вызвало протестов, разве что Пауль попросил сначала показать ему, где здесь можно помыться.

Кальпурния уже ждала в триклинии. Количество неожиданных гостей, однако, стало для нее неожиданностью.

– Матий, здравствуй. Ты уже вернулся? – удивленно спросила она.

– Вот, только что, - улыбнулся Матий, устраиваясь за столом, - И сразу к вам.

– Как все прошло?

Матий неопределенно покачал головой:

– Могло быть и лучше, но в целом неплохо.

Обычно шумный и резкий Джузеппе мялся у двери, словно не зная, что дальше делать – и Гай представил его Кальпурнии сам: