Все произошло в одно мгновение. Еще секунду назад распаленный раб плевался на Ала в порыве ярости – а уже в следующую со сдавленным кашлем отступил на несколько шагов назад. Заехавший ему под дых Гален сполз по стене и теперь уже совсем сложился напополам, грязно ругаясь.

Ал аккуратно подхватил с пола какую-то железяку, - на всякий случай, - и поравнялся с ним:

– Эй, ты как?

– Сильный ублюдок, чуть яйца не отбил, - сквозь сцепленные зубы процедил Гален, - Но сойдет. Нормально. Жить буду.

Ал похлопал его по спине в знак поддержки – и только спустя мгновение сообразил, что это была плохая идея. Гален взвыл:

– Альбин, а тебе-то я что сделал?! – и привычно сорвался на тяжелый кашель.

– Извини, - Ал отдернул руки и поднял их в сдающемся жесте, - Я забыл.

– Забыл он… - беззлобно отозвался Гален, кое-как разогнувшись.

– Э, вы что, совсем жить расхотели, а? – второму рабу не понравился такое наглое игнорирование его присутствия и теперь, потеряв всякий интерес к хозяевам дома, он надвигался на них с Галеном.

Двое на одного? Обычно в такой ситуации Ал бы сказал, что у раба нет ни единого шанса – но, в отличие от Галена, на нем не было ни единой царапины, а в отличие от самого Ала – у него явно был боевой опыт.

Это прилично уравнивало шансы.

– Любители целовать хозяйские сандалии, чего вы тогда вообще восстание-то подняли, а? А? Чего заткнулся, Гален, нечего сказать?

Стонущий на полу друг раба мало волновал.

– Эти люди согласились нас приютить. Накормить. Предоставили нам ночлег, а нашим раненным – лечение, - Гален не кричал, но наоборот – говорил угрожающим шепотом, от которого тут же становилось не по себе, - А вы что? Вот так решили им отплатить, да?

Если его целью было довести раба до белого каления – он прекрасно с ней справился. В едва сдерживаемой ярости, раб покраснел, на лбу его вздулась жилка, а тяжелое дыхание на грани рыка намекало на то, что каждое следующее слово может стать последним.

Галену было наплевать:

– Возомнили себя отрядами Спартака, да? Грабь здесь, насилуй тут, твори чего хочешь, ведь ты такая несчастная жертва и поэтому тебе все можно? Забыли, как он закончил? Я вас обнадежу. На нас Красса искать не понадобиться, двух когорт – за глаза. Так торопитесь на встречу со своими богами?

На лице раба промелькнуло удивление, и он опустил занесенную для удара руку.

– Бери своего дружка и выметайтесь отсюда оба. Еще один раз – и вам кранты, усекли? – зловеще процедил Гален.

И… Это сработало. Раб еще несколько секунд помялся на месте, а затем, бросив долгий взгляд на приходящего в себя хозяина дома, подхватил своего напарника и, постоянно оглядываясь, вышел.

Ал поравнялся с перепуганной женщиной. Та зажмурилась, словно ожидая удара – и, хоть Ал даже не думал ни о чем подобном, на мгновение он почувствовал дикое отвращение к себе.

– Ты в порядке? Они не успели тебе ничего сделать?

Люди не менялись. Ни сейчас, ни тогда.

Женщина резко распахнула глаза. Ее голос сорвался на истеричный крик:

– Убирайтесь! Убирайтесь, убийцы!

– Но… - Ал ошеломленно отпрянул.

– Вон! – завизжала женщина и Ал почувствовал, что его похлопали по плечу.

Гален.

– Уходим, - безапелляционно сказал он, - Сколько сейчас? Четыре утра?

– Не знаю, - Ал пожал плечами. Понимать время по местным солнечным часам до сих пор оставалось для него особым сортом уличной магии.

– Ладно, не важно.

Слова рабов продолжали крутиться в голове. Слова рабов накладывались на слова вольноотпущенника Ликаона – и картина, которая складывалась из обеъединения двух была совсем уж безрадостной.

Рабы не хотели стать свободными. Рабы не хотели сбросить оковы – и отправиться домой, обнять своих жен и детей, забыть все случившееся как страшный сон.

Рабы хотели стать хозяевами. Какими бы предлогами не маскировалось это желание, в основе стояло именно оно.

Агрос был тысячи раз прав.

Реальность, какой Ал знал ее, разлетелась на мельчайшие осколки, без шанса когда-либо быть собранной воедино снова.

[1] Структура имени римлян выглядит следующим образом, на примере Квинта Цецилия Метелла Пия: преномен (личное имя, Квинт) + номен (родовое имя, Цецилий) + когномен (родовая кличка? Не важно, передается по наследству. Если отец Метелл, то и сын – Метелл. Соответсвенно, Метелл) + агномен (личная кличка, Пий, не передается по наследству). Обязательных частей всего две, преномен и номен, когномен и агномен опциональные, у кого-то есть, у кого-то нет. Преноменов всего с десяток, активно использующихся на текущий момент – и того меньше. Марк – один из самых распространенных.