– Не говори ерунды, – зло шикнула еще одна женщина, затравленно оглядываясь. – Услышат, а мне жить хочется.

– Что, если будем молчать, не спалят? Им даже Шинта под боком не указ, – только сильнее распалился мужчина. – Да они запугать хотят, бандитье.

– Кто они? – перебил Лис, не давая начаться перепалке. – Требовали что-то?

– Да если б. Просто сказали… эй, да ты чего?!

В собравшихся, спотыкаясь и тяжело дыша, влетел перепачканный грязью парнишка, повиснув на раздраженном мужчине.

– Пожар… там, – он вяло махнул рукой, указывая направление.—В поместье. Помогите.

От Лиса пошла такая волна ужаса, что Ная против воли ощутила и ее, и то, как на голове дыбом встают волосы. Он быстро оглянулся на лошадь и, выпустив поводья, кинулся в указанном направлении – видимо, решил не кидать несчастное животное еще и в костер. Ная проводила его взглядом, выругалась сквозь зубы и побежала следом – если не поможет в тушении, так хоть дурака остановит, а то интуиция вовсю трубила, что с него станется броситься в огонь, иначе бы так не испугался.

Торопиться, впрочем, было уже некуда – еще издалека Ная увидела, что пламенем охвачена даже каменная ограда, внутри которой за стеной огня плескалось огненное море, и в нем уже были неразличимы ни дом, ни окружающие его постройки, ни сад.

Невдалеке, куда уже не доставало пламя, сиротливо столпились человек пятнадцать – видимо, местные обитатели, сумевшие выбраться из пожара, среди которых Ная с удивлением заметила несколько мордоворотов в кожаных куртках и при оружии. Они стояли спиной к поместью, держа за заломанные руки человека – наполовину седого мужчину средних лет, в котором она, подойдя ближе, с ужасом узнала лорда Мейсома.

Добравшийся первым Лис грубо распихал людей и подлетел к мордоворотам, явно собираясь освободить лорда, но ему не дали, скрутив точно так же.

– Мужик, шел бы ты мимо, – посоветовал один из них. – Если не хочешь оказаться на костре.

– Прогрессивные методы решать проблемы, – оскалился Лис и тут же получил коленом в живот, а от звука его голоса лорд Мейсом поднял поникшую голову, и по одному только отсутствующему взгляду Ная предположила, что его чем-то опоили еще до начала пожара, и отнюдь не безобидным вином.

Пробиваться ближе она не стала, остановилась за спинами, пригнувшись – как назло, ростом оказалась выше почти всех присутствующих – и достала флакон со снадобьем. Скептически встряхнула, а потом решительно открыла и выпила половину. Гадость редкостная, и для ясности ума не слишком полезно так много его пить, но когда вокруг во всех смыслах запахло жареным, а из какого-никакого оружия только кинжал, выбирать не приходится.

– Уж какие есть, извиняй, – буркнул мордоворот и кивнул тем, которые держали лорда, в сторону пожара. Его напарники понятливо подхватили мужчину и потащили к поместью.

Лис дернулся и, невероятным образом выскользнув из держащих его рук, кинулся следом, а Ная ловко проскользнула между людьми и заступила дорогу двум господам в куртках. В голове царила непривычная ясность, дающая ощущение если не всемогущества, то чего-то к нему близкого.

– Добрый день, – ласково улыбнулась она, и в глазах мордоворота увидела удивление и голубой отблеск от глаз собственных, за которым показалась бескрайняя снежная пустыня под переливчатым зеленоватым сиянием северного неба. Тишина, пустота, безмолвие… чистота сознания и полная покорность. – Твой друг что-то хочет сказать, не поможешь ему?

И резко развернула покорного мужчину лицом к напарнику, успевшему схватиться за меч. Остановить занесенное оружие он не успел, и зачарованный мордоворот насадился на него, но не остановился – его сознание теперь находилось у границы миров, от которой он больше не сможет вернуться, и боли для него отныне не существовало. Он бросился на нападающего, не давая отскочить, и вцепился в лицо.

Окружающие люди понятливо расступились, а кто-то и вовсе кинулся наутек к Перекрестку, надеясь то ли найти помощь, то ли, что вероятнее, спрятаться подальше от обезумевшего человека.

– Может, легенды и не врут, – пробормотала себе под нос Ная, вспоминая о драуграх, неупокоенных мертвецах, и, пока силы ее не покинули, побежала к Лису – тот одновременно уворачивался от меча и пытался остановить сожжение лорда.

Мордовороты были больше, сильнее него, и, хуже того, вооружены, и в какой-то момент, у самой границы огня, он запнулся, едва не упав, но вывернулся, оттолкнувшись руками от раскаленной ограды.

Зашипев от боли в обожженных руках, он едва успел уклониться от кулака главного в этой шайке, потеряв драгоценное время. Мордоворот грубо схватил выпущенного и начавшего было приходить в себя лорда, поднял на ноги и с силой толкнул в огонь, до которого оставалась пара шагов. Этого хватило бы, чтобы отпрыгнуть, откатиться, но плохо слушающиеся ноги подвели мужчину: он пошатнулся, не удержал равновесие и без посторонней помощи полетел вперед.