– Это не должно было быть так. Мы должны были привести ее к нам, дать ей увидеть, как у нас спокойно и красиво. Дать ей привыкнуть к нашему укладу жизни. Она сама должна была выбрать себе кого-нибудь. Это не должно было быть так... как сейчас.

– А что, по-твоему, должно было произойти, когда она лежит вот так, совсем голая? Парни же не железные.

Льюис застонал и выгнул спину, а Синди испустила долгий вздох. Наклонившись к Джеральду, она сказала:

– Ну, мы же не знали, что они будут здесь... Не так ли?

– Верно, - сказал Джеральд, улыбаясь, как бы радуясь тому, что она соглашается с ним.
– Откуда нам было знать, что они вообще будут здесь, не говоря уже о том, что они будут здесь трахаться... ну, ты понимаешь.

Синди склонила голову набок, пожав плечами в ответ, пока Льюис стоял, натягивая набедренную повязку и фиксируя ее на бедрах, а Тина лежала на полу, глядя в потолок. Ее лицо ничего не выражало, мыслями она была далеко-далеко от окружающего ее безумия, умопомрачительного безумия, деревенщин и уродов, и Чарли, лежащего без сознания посреди комнаты, в то время у нее между ног текла липкая семенная жидкость изнасиловавшего ее ублюдка.

– Может, нам пора идти, - сказала Синди, и Джеральд согласившись, кивнул.

– Давай, Арли.
– Льюис, который заговорил впервые с момента входа в хижину, кивнул Тине.
– Давай поднимем ее.

Арли взял Тину за одну руку, Льюис - за другую, и поставили ее на ноги, одежда их пленницы упала на пол, свалившись с ее тела. Она не боролась, не сопротивлялась. Просто смотрела в пустоту, как будто ничего не видела и не ощущала. Ее руки, покрытые синяками, повисли вдоль тела, когда кузены отпустили ее. Пара темно-фиолетовых пятен покрывала внутреннюю поверхность бедер, оставленные пальцами Льюиса.

Синди подошла и положила руку ей на плечо.

– Ты в порядке?
– спросила она. Когда Тина не ответила, она наклонилась и подняла ее рубашку.
– Давай, наденем на тебя одежду.

– Почему бы нам не оставить ее так, голой?
– сказала Арли, скользя по девушки липким плотоядным взглядом.

– Почему бы тебе просто не оставить ее в покое? Не нужно было ее насиловать.

– Да, да, я услышал тебя в первый раз.

Джеральд схватил Арли за его выцветшую джинсовую куртку и с криком:

– Не смей так с ней разговаривать!
– швырнул его через всю комнату. Арли хрюкнул, ударившись о стену, но оттолкнулся от нее с похабной улыбкой, одним глазом глядя на Джеральда, а другим, тусклым и безжизненным, уставился в темноту. Джеральд шагнул вперед, сузив глаза и сжав кулаки. Он распахнул куртку, обнажив револьверную рукоятку, торчащую из-за пояса, сделал еще один шаг, но Синди положила руку ему на грудь.

– Все в порядке, - сказала она и вернулась, чтобы помочь Тине одеться.

Тина стояла неподвижно, пока Синди натягивала блузку на ее плечи, по очереди просовывая руки в рукава. Когда Синди подобрала брошенные брюки, Джеральд кивнул на Чарли.

– А что с ним?

Арли опустился около парня. Он поднял его руку и отпустил ее, рука Чарли шлепнулась на пол, как дохлый карп.

– Думаешь, ему конец?
– спросил Льюис.

Арли вытащил охотничий нож из кожаных ножен, прикрепленных к поясу. В мягком свете фонаря кровавые пятна на лезвии выглядели как хлопья ржавчины.

– Есть только один способ убедиться, - сказал он.

Он поднял клинок, и глаза Синди расширились. Длинная тень, похожая на косу мрачного жнеца, метнулась по стене к потолку, и девушка закричала:

– Нет!

– Арли, - сказал Джеральд.
– Нет.

– Уиллем будет в бешенстве, если мы не убедимся и оставим свидетеля.

– Ну и пусть злится, - сказала Синди.
– Пожалуйста, Арли. Вы и так наделали делов. Никто не должен был пострадать.
– Она бросила укоризненный взгляд в сторону Джеральда.
– Ты обещал.

Джеральд положил руку на плечо Арли.

– Давай, кузен, убери нож.

Выражение лица Арли смягчилось, когда он посмотрел на Синди и улыбнулся, убирая оружие в ножны.

– Не стоит увлекаться, я думаю.

Синди встряхнула брюки. Она расправила их и раскрыла у колен Тины, мягким и успокаивающим голосом, словно говорила с упрямым ребенком, проговорила:

– Давай, одевай их.
– Когда Тина не ответила и не пошевелилась, она продолжила: - Твои ноги будут в царапинах, если ты пойдешь так.