– Слава Богу!
– воскликнул Марк, перекрикивая ровное урчание двигателя. На его лице была улыбка, но напряжение в его глазах не соответствовало его спокойной внешности.

Тельма вскрикнула, прижав руку ко рту.

– Боже правый, Бренда. Ты в порядке?

– Нам нужно убираться отсюда, - сказала Бренда.
– Сейчас же!

– Чувак, - сказал Эдди.
– Мы в дерьме по уши. За нами гонится кучка сумасшедших ублюдков. Я думаю, они отстали, но кто знает? Они могут быть прямо у нас на хвосте.
– Он открыл заднюю дверь, подтолкнул Бренду вперед, призывая Марка ехать.

Марк сел за руль, а Тель забралась на свое сиденье, щурясь от верхнего света и не сводя глаз с пропитанной кровью блузки Бренды, в волосах которой еще оставались кровавые ошметки.

– Бренда, - сказала она.
– Ты... в порядке?

– Да, в порядке, - ответила она, когда двери захлопнулись, свет погас, и Марк включил передачу, чтобы машина медленно покатилась вперед.

– Но... вся эта... кровь.

Бренда посмотрела вниз на свою грудь, на багровые пятна на дрожащих руках.

Она подняла глаза на подругу и сказала:

– Это не моя.

Эдди схватился за спинку сиденья Марка и наклонился к другу.

– Мы должны развернуться, черт возьми, быстро. Мы должны убираться отсюда. Прямо сейчас.
– Он нервно оглянулся через плечо, потом снова повернулся к Марку.
– Я имею в виду, ПРЯМО СЕЙЧАС!

Но дорога была узкой, и места для разворота не было, поэтому Марк медленно вел машину по ямам и колеям, камни скребли по днищу Хонды, а четыре пары глаз смотрели прямо перед собой, и в них сквозила невысказанная надежда: найти достаточно широкое место для разворота, а потом убираться с этой чертовой горы.

– Бутчи Уокер, Бобби Джарвис и братья Маркхэм поймали нас в лесу. Они думают, что мы пришли сюда за их марихуаной, которую они выращивают здесь.
– сказала Бренда.

Марк глянул на Эдди в зеркало заднего вида.

– Марихуана?

И Эдди увидел, как глаза друга загорелись. Несмотря на то, что за ними гналась стая вооруженных деревенщин, и в любую секунду их мог настигнуть град пуль, Эдди увидел, как в глазах Марка промелькнула искра алчности.

– Все произошло так быстро. Джерри схватил меня, а потом раздался выстрел из дробовика, и его голова исчезла. Исчезла, Тель! Ошметки его башки разлетелись по моей рубашке, по груди, по всему телу!
– Бренда сделала глубокий вдох и с шумом выдохнула.

Внезапно заднее стекло взорвалось. Позади машины кто-то крикнул:

– Черт возьми!

Мелкие осколки стекла осыпали заднее сиденье, и Эдди накрыл Бренду, прикрывая ее, когда очередной сотрясающий грохот сотряс машину, и багажник подскочил вверх, открывшись. Еще один оглушительный взрыв прогрыз рваную, зияющую дыру в хлипкой металлической крышке, и Марк нажал на педаль газа, машина взбрыкнула, как дикий жеребец; крышка багажника загремела, подскакивая на ухабах.

Эдди приподнялся и посмотрел через разбитое заднее стекло на Бутчи Уокера, который стоял посреди дороги, направив дробовик на Хонду, в то время как два его приспешника бежали по обочинам дороги, вскинув револьверы и целясь прямо в Эдди. Марк в панике оглядывался по сторонам, следя за двумя головорезами с оружием, бегущих за машиной.

Бутчи передернул затвор, поднял ружье к плечу и крикнул:

– Ты умрешь на этой горе сегодня!

Пули ударили в заднее крыло, когда Марк крутанул руль вправо, резко разворачивая машину. Педаль газа была выжата до отказа, Хонда выехала на обочину, колеса вращались под высокочастотный вой мотора, и они неслись вниз с горы, по дороге вниз, проехав мимо отскочивших в стороны орущих преследователей, удаляясь все дальше и дальше от них.

Эдди крепко прижимал Бренду к заднему сиденью, Тельма колотила по приборной панели, крича от ужаса, а Марк крепко сжимал рулевое колесо, вжимая ногу в педаль тормоза, но, поддавшись панике, не мог справится с управлением. Машина подскочила на очередном ухабе, ее закрутило, и она вылетела на обочину, столкнувшим с толстым стволом сосны, перевернулась на бок и по инерции проскребя по дороге еще около пятидесяти ярдов, остановившись недалеко от отвесного обрыва. Марк и Тельма, все еще кричащие во все горло, повисли, раскачиваясь на ремнях безопасности, как пара тряпичных кукол, когда дверь Марка открылась, и окно взорвалось градом разбитого стекла, рухнув на землю.

– Вот дерьмо!
– пробормотала Тель, когда машина застонала, а затем заскользила назад, сползя задней частью в канаву; лучи света фар устремились в небо, когда передний бампер приподнялся.

Эдди поднял голову, оглядываясь вокруг. Марк вывалился из своей двери, завалился на бок и уставился в небо, тяжело дыша. Вокруг было тихо, если не считать тиканья перегретого металла и пара, вырывающегося из разбитого радиатора. Вдалеке слышался шелест листьев деревьев и треск сухих палок, как будто стадо бизонов топало через заросли. Эдди посмотрел на холм. Бутчи Уокера и его банды нигде не было видно.

– Давайте, - сказал он.
– Давайте, они идут. Мы должны убираться отсюда!

Он открыл свою дверь и вылез из машины, увлекая за собой Бренду. Она оглянулась через плечо на Тельму, которая все еще сидела на переднем пассажирском сиденье и стонала, обсыпавшие ее осколки стекла блестели в лунном луче, проникавшем сквозь деревья. Она прислонилась к пассажирской двери, которая прогнулась внутрь при ударе о дерево, ее лицо страдальчески исказилось. Бренда остановилась и повернулась. Склонившись между передних сидений, она положила руку на плечо подруги.