Вот и Розочка тоже говорит, что такой болезни нет.

Здесь Маша опять прикусила язык. Не стоит Шаману знать про Розочку. Не стоит, и всё.

— А вот и есть, — чтобы отвлечься от мыслей о Розочке, заспорила Маша. — Да-да-да, я сама видела: без шоколада ему плохо делается. А здесь ничем таким не кормят, с голоду можно помереть. И сладкого вообще нет.

— Непорядок, — наклонил широкий козырёк кепки Шаман. — Надо будет заняться… Ведь детишки любят сладкое, да? Вот ты, Маша, что бы сделала за конфету?

— Мне почти девять, — с достоинством ответила девочка. — Так что за ОДНУ конфету — ничего.

— А за пять?

— Килограмм, — всем своим видом Маша дала понять: цена окончательная, и обжалованию не подлежит. — И только «Мишка на севере». Никаких «Сникерсов», тётя Глаша говорит, в них стопроцентные пищевые добавки и никакой питательности.

— Замётано, — Шаман протянул руку.

Маша посмотрела на неё с подозрением.

— Так что делать-то? — спросила она, не спеша протягивать руку в ответ.

— Пройти парочку тестов, — ответил Шаман. — Больно не будет, — поспешно добавил он. — Просто посидишь перед телевизором, посмотришь картинки…

А, — чуть не брякнула Маша. — Видала я ваши картинки.

Но кто-то, кто присматривает за хорошими девочками с высокого неба, удержал её от опрометчивого ответа.

Ведь Маша и вправду была хорошей девочкой — да-да-да, она даже шею помыла. Ну, во всяком случае, намочила.

Это тоже считается.

— Ладно, — сказала она. — Я согласна на тесты. Но с одним условием. Точнее, с двумя.

— Ух ты, — Шаман поднялся с корточек и усмехнулся, сунув руки в карманы широких штанов. — Ну говори…

По глазам было видно, что никаких условий он выполнять не собирается.

Да честно говоря, Маша на это и не рассчитывала.

Взрослые не держат обещаний перед детьми — широко известный факт. Все эти «посмотрим», и «если будешь хорошо себя вести» — только отмазка.

— Я хочу увидеть Мишку, — сказала девочка. — И… Получить свой килограмм конфет прямо сейчас.

— Идёт.

Слишком быстро согласился, даже секундочки не подумал. ТОЧНО обманет, — горько, но вместе с тем — удовлетворённо, подумала Маша. Приятно всё-таки, когда ты права.

Взяв Машу за руку, Шаман повёл девочку по коридору.

Они почти дошли до двери, за которой был Сашхен.

Машино сердце начало стучать громко и быстро: а вдруг он заведёт её сюда, а Сашхен не успеет сориентироваться и что-нибудь вякнет, и тогда Шаман поймёт, что они знакомы, и это всё очень-очень осложнит…

Но они прошли мимо.

Шаман открыл совсем другую дверь — дальше по коридору, в красиво обставленную комнату.

Одну из стен полностью занимал телевизор. Он был таким большим, что нельзя было охватить экран одним взглядом.

Невольно Маша замерла в восхищении.

— Ух ты! Как в кинотеатре.

— Рад, что тебе нравится, — Шаман польщенно улыбнулся. — А теперь… Садись вот сюда, — и он указал на неудобный стул, с металлической спинкой и твёрдым сиденьем.

Но Маша послушно села.

— Будем смотреть кино? — спросила она.

— Ты будешь смотреть кино, — поправил Шаман. А потом присел рядом и принялся пристёгивать Машины ноги к ножкам стула. — Пойми меня правильно, — он ласково улыбнулся. — Мне бы не хотелось, чтобы ты опять сбежала.

— Когда мне только что пообещали килограмм конфет? — скептически спросила девочка. — Я что, «того»? — она покрутила пальцем у виска.

— Вот и молодец, — Шаман поймал её за руку и тоже привязал — точнее, пристегнул, толстым ремнём к ручке стула.

Ощутив кожей холодный металл, Маша вздрогнула. Но сдержалась.

Больше всего ей хотелось вырваться и убежать. Но далеко убежать не получится — она не сомневалась, что Шаман её поймает. И тогда уже не будет прикидываться таким добреньким…

Честно говоря, добрым он и сейчас не был — хорошие люди не привязывают детей к стулу ремнями — да-да-да, она это ТОЧНО знает. Но ведь у неё есть шанс избавиться от него, а потом сбежать.

Таков ПЛАН.