— Извини, Баден, — ответил Джарид почти что шепотом. — Не стоило мне говорить с тобой в таком тоне.

— Вот именно, — ответил Баден сурово. — Меня, конечно, во многом обвиняли, но никто еще не принимал меня за дурака. Если бы был способ выследить преступника — или преступников, — я бы так и сделал.

Джарид кивнул.

— Извини, — повторил он.

Баден отпил еще вина. Когда он снова заговорил, его голос звучал мягче:

— Я тебя понимаю, Джарид. Все члены Ордена испытывают нечто подобное. Все это зашло слишком далеко.

— Когда нашли первое перо? — спросил Куллен.

— Почти год назад, — ответил Баден и тут же надолго умолк, задумавшись. Потом он покачал головой. — Я же чувствовал, что что-то упустил. Похоже, я больший дурак, чем только что утверждал. Джарид, расскажи-ка мне о своем вчерашнем сне.

— Да рассказывать толком нечего. Я видел мага или, по крайней мере, кого-то в таком же плаще. Он подошел ко мне и протянул черное перо — ты видел похожее у Лейтона. А когда я взял перо за черенок, оно вспыхнуло и обратилось в пепел.

— Ты можешь описать мага? — спросил Баден.

— Нет. Я не видел его лица.

Глаза Бадена сузились.

— Ты все время говоришь "он". Значит, что-то заставило тебя думать, что это мужчина?

— В общем, нет, — несколько неуверенно ответил Джарид.

— Но это возможно, — настаивал Магистр.

— Да.

Баден наклонился ближе к Джариду:

— Давай кое-что попробуем. Посмотрим, смогу ли я возвратить это видение. Это абсолютно безопасно, можешь быть уверен, зато поможет освежить твою память.

Джарид кивнул в знак согласия. Баден ободряюще улыбнулся и положил три пальца ему на лоб. Через несколько секунд зрение ученика замутилось, комната словно провалилась в темноту, и на ее месте возникло нечто иное.

Джарид словно опять очутился в Прибрежных горах. В этот раз каждая деталь выглядела чрезвычайно отчетливо. Посох мага казался неестественно гладким, кристалл был кровавого цвета. Птица, принадлежащая магу определенно мужчине, — была огромна, даже больше, чем помнилось Джариду; ее черный силуэт выделялся на фоне ночного неба. Глаза ее были золотые — не желтые, как у Анлы, а именно золотые. Они были какие-то странные, — это вообще была необычная птица, но Джарид был не в состоянии понять, в чем именно. Перо оказалось именно таким, как он помнил. Это было то самое перо, которое показывал Лейтон, и снова оно вспыхнуло в руке Джарида.

Потом все погасло, и Джарид вновь очутился за обеденным столом. Баден убрал руку у него со лба; Куллен и Гайна сидели тихо, с каким-то невнятным выражением на лицах. Джарид моргнул, зрение его прояснилось.

— Я снова видел его! — с волнением в голосе сказал он Магистру. — На нем был зеленый плащ, а посох... — Он остановился, отрезвленный выражением глаз Бадена. — Не слишком-то помогло, не так ли?

Баден попробовал улыбнуться.

— Почему же... — сказал маг разочарованным тоном.

— И все же не так, я не увидел того, на что ты надеялся.

— Нет, — признал Баден.

Джарид вздохнул:

— Извини.

Все четверо некоторое время сидели молча.

— А почему бы нам не вернуться в гостиную, — предложила наконец Гайна. — Я приготовлю вам чаю перед сном.

Мужчины согласились и встали из-за стола. Однако когда они вошли в гостиную, то услышали, как на улице кто-то кричит, и увидели в окне множество горящих факелов. Баден дал знак остальным, что надо затихнуть. Они прислушались. Кто-то кричал нараспев:

— Эй, Магистр! Магистр!

Маг вопросительно посмотрел на Куллена.

— Похоже, Лейтон, — мрачно сказал седовласый хозяин дома. — С приятелями.

Баден поднял брови.

— Ладно, Баден, что бы он сегодня тебе ни наговорил, это умный парень и он умеет сплачивать вокруг себя молодежь. Не надо недооценивать ни его самого, ни его влияние.

Маг помолчал, словно обдумывая услышанное. Он глубоко вздохнул:

— Пусть будет так. Давайте выясним, что ему надо.

Он поднял руку, и Анла тут же подлетела к нему. Маг открыл дверь и вышел в ночь. Остальные последовали за ним. Перед домом стояло человек тридцать, преимущественно мужчины, с факелами и оружием. Во главе их был Лейтон с дубиной и ножом. Он еще не мылся, не менял одежды, и рана его все еще не была перевязана. Когда Лейтон заговорил, Джарид не на шутку встревожился: тот был пьян.

— Магистр! — начал он с издевательским почтением. — Рад снова вас видеть.

— Что тебе надо, Лейтон? — холодно спросил Баден.

— А что, нам и поболтать нельзя? — Тут его голос стал тише и приобрел угрожающие нотки. — Мы ведь так и не закончили разговор...

Маг поднял брови, изображая удивление.

— Правда? А я-то подумал, что мы уже все обсудили.

— Шалишь! — прошипел Лейтон. Всякое почтение в его голосе исчезло, осталась только уже знакомая Джариду ярость. — Видишь ли, мы все еще не верим в твою невиновность. И не желаем больше видеть тебя в нашем городе.